Пока Ольга расплачивалась за покупки, Алексей стоял в стороне. Когда она стала укладывать их в пакеты, он и вовсе вышел на улицу. Ольга вышла из магазина и подошла к Алексею, который в тот момент курил.
Лёш, возьми пакеты, попросила Ольга, протягивая мужу два больших пакета с продуктами.
Алексей посмотрел на нее так, будто его заставили сделать что-то противозаконное, и удивленно спросил:
А ты что?
Ольга растерялась, не зная, что ответить на этот вопрос. Что значит: “ты что?” и к чему он был задан? Обычно мужчина всегда помогает физически. Да и как-то неправильно, когда женщина несет тяжелые сумки, а мужчина рядом порхает легкой походкой.
Лёш, они тяжелые, ответила Ольга.
И что? продолжил сопротивляться Алексей.
Он видел, что Ольга начинает злиться, но ему из принципа не хотелось нести сумки. Он быстро пошел вперед, зная, что она не угнаться за ним. “Что значит “возьми сумки”! Что я, батрак?! Или подкаблучник?! Я мужик! И сам решаю, нести их или нет! Ничего, сама потащит, не надорвется!” размышлял Алексей. Настроение у него сегодня было такое жену дрессировать.
Лёш, куда ты пошел? Пакеты возьми! крикнула ему вслед Ольга, чуть не плача.
Пакеты действительно были тяжелыми. Алексей знал об этом, ведь сам в основном накидывал в тележку эти продукты. До дома было недалеко, минут пять пешком. Но с тяжелыми пакетами дорога казалась совсем не близкой.
Ольга шла домой и едва сдерживала слезы. Она надеялась, что Алексей пошутил и сейчас вернется. Но нет, он удалялся от нее все дальше. У нее возникло желание бросить эти пакеты, но она в каком-то тумане продолжала тащить их.
Дойдя до подъезда, она села на лавочку, не в силах идти дальше. Хотелось плакать от обиды и усталости, но она сдерживала слезы на улице плакать стыдно. Проглотить эту ситуацию она не могла он не только обидел, но и унизил ее. А ведь какой внимательный был до свадьбы… Ладно бы не понимал, но понимает! И поступил так сознательно.
Здравствуй, Оленька! голос соседки вывел ее из раздумий.
Здравствуйте, баба Маша, ответила Ольга.
Баба Маша, она же Мария Ивановна, жила этажом ниже и дружила с Ольгиной бабушкой, пока та была жива. Ольга знала ее с детства и относилась как к родной. А после смерти бабушки, когда Ольга столкнулась с первыми бытовыми трудностями, Мария Ивановна ей всегда помогала. Больше было некому мать жила в другом городе с новым мужем и детьми, отца Ольга не помнила. Поэтому единственной близкой все годы была бабушка. А теперь баба Маша.
Ольга без колебаний решила отдать все продукты бабе Маше. Не зря же их тащила. Пенсия у Марии Ивановны небольшая, Ольга частенько баловала ее разными вкусностями.
Пойдемте, баба Маша, я вас до квартиры провожу, сказала Ольга, снова взяв тяжелые пакеты.
Поднявшись в квартиру соседки, Ольга оставила пакеты у нее, сказав, что это все ей. Увидев шпроты, печень трески, консервированные персики и другие любимые, но недоступные из-за цены лакомства, баба Маша так растрогалась, что Ольге даже стало неловко, что редко угощает старушку. Поцеловавшись на прощание, Ольга поднялась к себе.
Только она зашла в квартиру, муж вышел встречать ее с кухни, что-то жуя.
А пакеты где? словно ничего не случилось, спросил Алексей.
Какие пакеты? в тон ему спросила Ольга. Те, что ты мне помог донести?
Ой, да ладно тебе! попытался он пошутить. Ты что, обиделась что ли?
Нет, спокойно ответила Ольга. Я просто сделала выводы.
Алексей насторожился. Он ждал крика, скандала, слез и упреков, а тут такое хладнокровие, что ему самому стало не по себе.
И какие выводы ты сделала?
Нет у меня мужа, и вздохнув добавила: Я думала, что замуж вышла, а оказалось, что на дурака вышла.
Не понял, Алексей сделал вид, будто оскорблен до глубины души.
А что непонятного? спросила Ольга, глядя на него в упор. Я хочу, чтобы мой муж был мужчиной. А тебе, видно, тоже хочется, чтобы жена была мужчиной, и подумав, добавила: Тогда и тебе муж нужен.
Лицо Алексея побагровело от злости, он сжал кулаки. Но Ольга этого не видела, она уже ушла в комнату собирать его вещи. Алексей сопротивлялся до последнего. Уходить ему не хотелось. Он искренне не понимал, как из-за такой ерунды можно было семью разрушать:
Ведь все было хорошо, подумаешь сумки сама донесла. И что такого? возму
Дверь захлопнулась перед Сергеем, оставив его в потрясении на лестничной площадке с его сумкой в руке, осознавшего, что его “дрессировка” обернулась потерей всего, и каменное лицо Кати в последний миг говорило ему, что пути назад уже нет.
