Он выбрал их. Но не нас.
Матушка, хватит! я резко отвернулся от окна, где следил за проезжающими машинами. Доколе можно твердить одно и то же? Я же сто раз объяснял!
Объяснял?! Валентина Петровна вскинула руки. Что ты мне объяснил-то? Бросаешь нас ради чужой бабы с прицепом?!
Она не чужая! Ольга моя жена! я сжал кулаки, голос дрожал от гнева. И дети тоже мои! Уясни? Мои!
Агафья молча сидела за столом, вертела чайную ложку. Слезы капали прямо в остывший чайник. Она не рыдала слёзы лились сами, словно ноябрьский дождь за стеклом.
Твои?! мать заломила руки, её смех прозвучал зловеще. С ума сбрендил! У тебя родная сестра, еле ноги таскает после аварии! У тебя мать, положившая на тебя жизнь! А ты… к чужим уходишь!
Я опустился на диван, провёл ладонью по лицу. Болели виски от этих бесконечных разговоров.
Мама, пойми хоть. Мне тридцать два. Взрослый мужик. Имею право на свою жизнь.
Свою жизнь? Мать села напротив, схватила мои руки. Игорек, родной, какая жизнь с разведённой и двумя сиротами? Ты молод, видный, работа крепкая. Найди девицу помоложе, своих нарожай…
Не хочу других! я выдернул руки. Сергей и Алёшка они уже мои. Сергей вчера папой назвал. Слышишь? Впервые в жизни кто-то назвал!
Агафья всхлипнула, поднялась. Прихрамывая, подошла ко мне.
Игорь, а я как же? её голос был надтреснутым шепотом. Ты же знаешь, пропаду без тебя. После аварии только на тебя и надежда. Мама пенсию крошечную получает. Кто подсобит?
Братские объятия. Я прижал сестру, гладил по волосам.
Агаша, я не умираю. Просто жить буду отдельно. Помогать, конечно, помогу. Но у меня теперь своя семья.
Своя семья тут! выкрикнула Валентина Петровна. Мы! Кровные!
Ольга беременна, выпалил я.
Тишина. Лишь стук старых часов на стене да шорох дождя по подоконнику.
Что сказал? мать побледнела, рухнула в кресло.
Ольга ждет ребёнка. Нашего. Теперь ясно, почему не могу бросить?
Агафья отстранилась, уставилась на меня огромными глазами.
Сколько? спросила она.
Пятая неделя. Врачи говорят всё нормуль.
Господи… Мать закрыла лицо руками. Что же ты натворил, сынок?
Валентина.Петровна тридцать лет в детсаду проработала. Внуков от Игоря представляла по-иному. Не от чужой разведёнки с двумя детьми, а от хорошенькой девчонки из приличной семьи.
Мам, да что страшного? присел я рядом, попытался обнять. Внука дождёшься. Или внучки. Разве не радость?
От кого дождусь? она отшатнулась. От бабы, раз замуж выскочившей? Уж двоих родила? Кто она вообще? Откуда взялась?
Ольга в детском отделении областной больницы медсестрой. Женщина добрая. Дети золото.
А их батя где? не унималась мать.
Погиб на службе. Ольге двадцать два стукнуло, когда с двумя грудными осталась.
Ага, кивнула Валентина Петровна. Искала лоха, чтобы кормилица была. Нашла.
Мама! вскипел я. Хватит! Я не лох! Мужчина взрослый, женщину по любви выбрал!
По любви?! Мать вскочила, заходила по комнате. Что ты о ней знаешь? Дома сидел, работал, нам помогал. Девок не знал. Первая и обманула.
Агафья опустила голову на руки. После аварии от скандалов голова разламывалась.
Голова раскалывается, простонала она. Потише нельзя?
Агаша, прости, я потрогал её лоб. Жара нет. Выпила таблетки?
Выпила. Не берут.
Завтра съездим к невропатологу, пообещал я.
Завтра? мать усмехнулась. У тебя теперь времени не найдётся. У тебя свои заботы. Чужих детей в школу вести, за уроками сидеть.
Сергею восемь, Алёшке пять. Они не чужие, устало повторил я. И завтра съездим.
А через неделю? А когда живот у той расти начнёт? Тогда Агафье кричи не кричи.
Я же не на край света. В соседнем районе.
В соседнем, передразнила она. А раньше за стеной. Агафье ночью нехорошо стучит в стенку, ты срываешься. А теперь звонить будешь?
Я откинулся на спинку дивана. Спор ходил по кругу. Мать не слышала, Агафья страдала, а я чувствовал вину да бесился от бессилия.
Игорь, познакомь с Ольгой, вдруг сказала Агафья.
Но Катя вдруг заглянула ему в глаза, помедлила и тихо выдавила: «Хотя ты выбрал жену… но ты не виноват», а за окном, будет ли завтра солнце или нет, всё равно придётся начинать этот трудный осенний дождь, ведь теперь на его руках будут держаться не только ее болезненные пальцы, но и крепкие, детские ладошки Лены.