Лидия стояла у кухонного окна, пальцы обвивали остывшую фарфоровую чашку, и наблюдая, как дети во дворе гоняли мяч. Вчера она поставила последнюю подпись на разводных бумагах, а сегодня, странным образом, дышалась легче, чем за все минувшие годы. Парадокс ожидалась же тяжесть.
Мам, папа где? спросила десятилетняя Варя, вбегая в кухню, ленты на школьной форме растрепались.
Папа теперь отдельно, помнишь, объясняли же, тихо молвила Лидия, поправляя дочке бант. Завтра заберёт тебя на выходные.
А помириться нельзя? У Лизы Ивановой родители ругались-ругались, потом в Крым съездили и всё прошло.
Лидия горько усмехнулась. Если б лишь ссоры виной были.
Иди завтракай, в школу опоздаешь.
Варя послушно села, но лениво ворошила манную кашу.
Мам, тебе не грустно?
Капельку. Но знаешь, люди порой расстаются не из-за нелюбви, а потому что вместе им тесно. А врозь легче дышится.
Дочка кивнула, хотя Лидия знала: десятилетию не понять полноты смысла. Она и сама доходила до него исподволь.
Началось не вчера и не год назад. Началось, видимо, когда Вадим стал задерживаться всё позже, а в его карманах всё чаще обнаруживались чеки из «Уютного уголка» кафе, куда они вдвоём не ходили. Лидия оправдывала: встречи. Он ведь менеджер в фирме «Стройград».
Опять до ночи? спрашивала она, пока он торопливо хлебал омлет, уткнувшись в смартфон.
Угу. Сдача объекта, аврал. Не жди ужином.
Может, выходные к твоей маме в Лугу съездим? Варька просится.
Выходные тоже рабочие. Прости, Лид. Потом отгуляем.
«Потом» так и не приходило. Лидия привыкла ужинать в одиночестве, укладывать Варю одной, смотреть сериалы в пустом гулком зале. Порой казалось, она не жена, а молодая вдова.
Подруги сочувствовали за чаем.
Нынче все мужики такие, вздыхала Галя. Работа, карьера. Хоть деньги в дом тащит.
Деньги-то тащит, соглашалась Лидия, только где польза? Соседи по квартире, а не семья.
А ты не думала про другую? осторожничала Оксана.
Думала. Но как проверить? Не спрашивать же прямо. Рыться в его карманах унизительно. Да и времени у него разве хватит на роман? Вечно на работе.
Оксана многозначительно отмолчала.
Дома Лидия ждала. Ждала, что Вадим вернётся к ней, что снова станут говорить по душам, что он спросит о Варкиных пятерках, о её курсах кройки и шитья. Но Вадим словно обитал в ином измерении.
Как дела в офисе? интересовалась она вечерами.
Нормально, бросал он, не отрываясь от экрана.
А Варька выступала с декламацией сегодня. Так трогательно!
Угу.
Вадим! Ты слышишь?
Слышу, слышу. Молодчина наша девчонка.
Но по лицу его читалось: слышал лишь вибрации телефона.
Лидия перестала делиться. Зачем? Устроилась на полную ставку, записалась в клуб садоводов, чаще виделась с подругами. Жизнь мало-помалу налаживалась, но казалась незавершенной, как чайник без свистка.
Мам, а папа почему не идет кататься? спросила как-то Варя.
Папа занят, зайка.
А раньше ходил же.
Раньше свободней был.
А когда свободным станет?
Лидия не знала ответа. Когда? Никогда?
Решилась поговорить вечером. Дождалась, пока Варя уснет, накрыла стол. Вадим явился за полночь.
Садись поужинать, сказа
И снова Марина стояла у окна, но теперь грудью ощущая легкое биение счастья и ту тихую, неписаную музыку, что пело в её сердце, заново открытом прозрачным теплом новой жизни.