Точно в семь вечера паренёк пристально разглядывал витрину дорогого московского ресторана “Корчма”. Никогда не заходил. Ни звука из уст. Просто стоял, прилипнув носом к стеклу, следя за ломящимися от яств столами, блестящими приборами, смеющимися гостями. Затем брел дальше с рваным рюкзаком на спине и пустым, гудящим от голода брюхом.
Однажды вечером шеф-повар, Игнат Васильевич, заметил его изнутри. И приказал официанту: «Заметишь вновь позови. Поговорить хочу».
Назавтра мальчишка появился как обычно. Не успел уйти шеф сам вышел к нему на пасмурную московскую мостовую.
«Голодный?» спросил Игнат Васильевич.
Мальчик лишь молча кивнул.
«Хочешь научиться стряпать?»
Глаза его округлились от неверия. Так всё и началось.
Вручил Игнат ему поношенный фартук. Определил место у мойки чистить картошку, драть луковицы, ловить неведомые прежде запахи и вкусы. Платы не было. Была наука. Паренёк исподволь учился: рубить лук без слез, месить тесто для пельменей в такт, с терпением ждать кипения бульона, вкладывать душу в каждое блюдо. Шли годы.
Сегодня того паренька зовут Павел Егоров. Ему 24. Он шеф той самой «Корчмы», куда раньше лишь с тоской заглядывал с улицы. По средам в меню стоит особое блюдо: «Взгляд из прошлого». Скромные щи да картошка в мундире как в его сиротском детстве. И всякий раз, заказывая его, гость слышит от Павла: «Секретный ингредиент тут не лаврушка. Голод Голод, что судьбу переломил». Только воля и труд из голодного сироты кузнеца судьбы куют.