Ангел
Через дыру в сетчатом заборе тянется маленькая ручонка к спелой клубнике. Я притворяюсь, что не замечаю, полю грядки с луком.
Здравствуйте, тётя Маша! звенит тонкий голосок Алёшки.
Привет, зайка, улыбаюсь я. Заходи, поможешь ягоды собрать.
Сетка провисла, я приподнимаю её, и ко мне во двор влетает Ангел так я зову Алёшку. Вслед за ним, пыхтя, протискивается огромный пёс Барбос, вдвое больше хозяина. Ставлю на грядку миску. Алёшка срывает самые крупные ягоды. У него светлые волосы, голубые глаза, лопатки торчат, будто крылья. Оттого и Ангел. Ему пять. Добрый, смышлёный.
Алёш, а чего мама утром сердилась?
Да так, хотела табуретки красить, а я банку опрокинул, отвечает он. Хотел Барбосу будку покрасить не удержал.
Не беда. Сейчас чаю попьём, новую краску купим.
Мой Ангел без напоминаний моет руки и садится у окна. Выбирает клубнику в молоке и тёплую булку с сахарной пудрой. Над губой у него сладкие «усы». На коврике у двери лежит Барбос. Он знает правила терпеливо ждёт угощение. Ему достаётся сырник. Пёс грустно смотрит на одинокую оладку, потом на нас это всё? Я надеялся на большее Мы смеёмся, и я ставлю перед ним миску супа. Барбос великодушно прощает нас и не спеша ест.
Через час возвращаемся из магазина с банками краски белой и зелёной. Солнце палит, небо ясное. Забегаю домой, собираю в пакет оставшуюся клубнику и булки. На крыльце соседского дома сидит бабушка. Она ослепла два года назад. Алёшка аккуратно поправляет ей платок, прячет выбившийся локон. Кладу ей на колени чашку с ягодами знаю, любит.
На веранде красим табуретки белой краской, потом будку Барбоса зелёной. Алёшка доволен, пёс безразличен.
С работы приходит Катя, мама Алёшки. Хвалит сына, зовёт всех за стол. Ангел берёт бабушку за руку, ведёт в дом. Кормит её гречневой кашей, терпеливо, по чуть-чуть. Чай она пьёт сама, с вареньем. По дому ходит без помощи знает, где каждая половица скрипит. Катя работает в придорожной забегаловке, в двух километрах. Если вечерняя смена возвращается поздно. Надежда только на сына.
Краем глаза наблюдаю: Алёшка уплетает кашу с маслом, допивает сладкий чай и бежит смотреть мультики. Ребёнок, а уже мужчина. Или мужчина, но пока ребёнок?
Моет посуду, подметает, помогает бабушке одеться, кормит её, носит дрова (по два полена) и воду (маленьким ведёрком). Обожает своего пса, а ещё может горько заплакать, если мама незаслуженно накричит. А может хохотать, когда купается в реке, и брызги взлетают до самого солнца.
Катя провожает меня до калитки. Прошу: не кричи на него. Он мужчина не унижай. Береги. Ищи повод похвалить.
Она начинает жаловаться на трудную жизнь, слепую мать, крохотную зарплату.
Отвечаю: свой дом, мать жива, работа есть, сын помощник, сама здорова. Цени, что имеешь, на других не оглядывайся.
Катя улыбается, машет на прощание.
Мои уроки не зря в пять лет Алёшка уже бойко читает бабушке «Конька-Горбунка». А в тихие вечера мы идём с удочками на речку. Солнце, как спелый подсолнух, медленно катится за лес, оставляя последние лучи. Облака снизу подсвечены золотом. Всё затихает, отдыхает от дневной суеты. Наша болтовня не пугает рыбу и вот уже парочка карасей плещется в ведёрке. Ужин моему коту обеспечен
Сегодня ко мне залетел Ангел. Ему уже сорок два. Уважаемый хирург, врач. Раз в год навещает могилы матери и бабушки, а потом, с гостинцами, заходит ко мне. Все зовут его Алексей Сергеевич, но я-то знаю это Ангел. Большой, добрый, с широкими плечами. В любое время года ставит на стол корзинку клубники, садится у окна и улыбается. Пьёт чай с тёплыми булками, выкуривает на крыльце сигарету, а прощаясь, обнимает меня двумя большими, тёплыми крыльями