Как ты могла?! вскричала Алевтина, размахивая смятым листом. Как ты посмела подписать эту бумажку?!
Ольга вздрогнула, отодвинула чашку с чаем и медленно повернулась к сестре. На её лице не читалось раскаяния только усталость.
Подписала. Ну и что? пожала она плечами. Дом всё равно нужно продавать, ты сама говорила…
Говорила?! голос Алевтины дрожал от гнева. Я говорила, что решать будем вместе! Вместе, Оля! А ты за моей спиной с риелторами сговорилась! Да ещё и в полцены отдала!
Не в полцены, а… начала Ольга, но сестра перебила.
В полтора раза дешевле! Ну и что? Разница небольшая?! Это мамин дом, понимаешь? Наш общий! А ты решила, что можешь распоряжаться им одна!
В кухне воцарилась тишина. Лишь старые часы на стене мерно тикали те самые, что мама когда-то привезла из Сочи. Ольга стояла у окна, глядя во двор, где они с Алевтиной когда-то играли в «казаки-разбойники».
Ты вообще осознаёшь, что натворила? продолжила Алевтина, но уже тише. У меня сын в университет поступает, денег нужно немерено. А у тебя дочь замуж собирается, свадьбу гулять. Эти деньги нам обеим жизненно необходимы!
Вот именно, обернулась Ольга. Необходимы. Поэтому я и поторопилась. Пока покупатели есть, пока интерес к нашему району держится. А потом будешь продавать никто и не позарится.
Но мы же договаривались! в голосе Алевтины дрожали слёзы. Ты обещала, что решать будем вместе!
Договаривались, договаривались… отмахнулась Ольга. А ты неделю в отъезде была, телефон не брала. Покупатели ждать не станут, у них вариантов масса.
Алевтина опустилась на стул, закрыла лицо руками. Договор лежал на столе, словно издеваясь над ней.
Мне пришлось срочно ехать к бабушке в деревню, прошептала она. Она болела, одна-одинёшенька. Я же тебе говорила…
Говорила, не говорила… вздохнула Ольга. Дело сделано. Деньги переведут через месяц, поделим пополам и точка.
Точка?! вскинулась Алевтина. Ты думаешь, на этом всё?
Ольга налила себе чаю, села напротив. Лицо её оставалось спокойным, почти равнодушным.
А что ещё? Дом продаётся, деньги делятся. Честно же.
Честно… горько усмехнулась Алевтина. А честно ли было решать без меня? Не дождаться, пока вернусь?
Лёля, хватит драмы разводить! поморщилась Ольга. Подумаешь, дом. Всё равно ни ты, ни я тут жить не собирались.
Не собирались?! глаза Алевтины вспыхнули. А кто каждые выходные сюда приезжал? Кто сад сажал, крышу латал? Кто соседям помогал дом сторожить?
Ну и что? пожала плечами Ольга. Хобби у тебя такое. А я, между прочим, коммуналку все эти годы исправно платила.
Коммуналка… Алевтина подошла к окну. Оля, ты вообще помнишь, как мы здесь жили? Как мама нас растила? Помнишь, как мы за этим столом уроки делали?
Помню, коротко ответила Ольга. И что?
Как «что»?! обернулась Алевтина. Это же наше прошлое! Наше детство! А ты его за бесценок какому-то дяде Пете сплавила!
Не за бесценок, а за нормальные деньги. И не дяде Пете, а молодой семье. Им дом нужен, нам деньги. Всё честно.
Алевтина медленно вернулась к столу, взяла договор. Листала его и лицо её бледнело с каждой строчкой.
Оля, а это что? ткнула она пальцем в середину документа. Здесь написано, что продавец Ольга Викторовна Смирнова. А где я?
Ольга отвела взгляд.
Это… технический момент. Оформили на меня, потому что я в городе живу, а ты в области. Нотариусу так удобнее было.
Нотариусу?! голос Алевтины сорвался на крик. Оля, ты что творишь?! По документам получается, что дом твой! А ты мне потом из жалости копейки перепадёшь?!
Да перестань орать! поморщилась Ольга. Соседи услышат, разнесут по всему двору. Я же говорю, формальность.
Формальность… Алевтина тяжело дышала. Оля, мы с тобой родные сёстры. У нас одна мать. Как ты могла так поступить?
Да никак я не поступила! вспылила Ольга. Дом продала, деньги получу, с тобой поделюсь. В чём проблема?
В том, что ты мне не доверяешь! ударила кулаком по столу Алевтина. В том, что всё решила за меня! В том, что считаешь меня дурой!
Да брось! отмахнулась Ольга. Просто я реалистка. Всегда была реалисткой.
Реалистка… горько усмехнулась Алевтина. А помнишь, как мама болела? Кто в больницах дежурил? Кто лекарства покупал?
Ну и что? сжала губы Ольга. Я работала на двух работах! Деньги на лечение зарабатывала! А ты свободная была, вот и сидела у мамы.
Свободная?! вскочила Алевтина. Оля, я тогда мужа потеряла! Он только умер! Я одна с ребёнком осталась! Но к маме всё равно каждый день ездила!
А я деньги зарабатывала! повысила голос Ольга. Пока ты по больницам моталась, я вкалывала как проклятая!
Вкалывала… прошептала Алевтина. А когда мама умирала, где ты была? Помнишь?
Ольга замолчала, уставилась в окно.
В командировке была. Срочной.
В командировке! засмеялась Алевтина, но смех звучал страшно. А мама тебя звала. Последние дни: «Где Оленька? Почему Оленька не приходит?»
Хватит, тихо сказала Ольга. Не надо об этом.
Надо! ударила ладонью по столу Алевтина. Надо помнить! Я ей говорила, что ты в командировке, что скоро вернешься. А она ждала, всё к двери взгляд обращала…
Замолчи! крикнула Ольга. Немедленно замолчи!
Не замолчу! Алевтина подошла к сестре. Потому что это правда! Мама умерла, а ты приехала только на похороны! И теперь дом продаёшь, словно он для теОни стояли обнявшись, и слезы на их лицах смешивались, как в детстве, когда мама утешала их после ссор.