Бежала она от мужа, из затерянной деревни, попала в медвежий капкан и решила, что конец близок, теряя сознание
Очнулась в незнакомой избе, тихо застонала. Голова кружилась, будто её били обухом, а память выскользнула, будто рыба из рук не могла вспомнить, как здесь оказалась. Тело ныло, словно после долгой болезни, и не слушалось. Попыталась подняться и с ужасом поняла, что связана: руки и ноги стянуты крепко. Паника охватила её, заставила биться на кровати, отчего та заскрипела.
Ну, наконец-то очнулась, раздался ледяной голос. Ничего. Ещё посидишь. Осознаешь свою ошибку тогда отпущу. И вернёмся домой.
Тут она всё вспомнила. Договорилась с мужем, Владиславом, о разводе. Он вроде согласился, но потом удар по голове. Он и не думал её отпускать. «Ты моя, твердил он, и если не понимаешь, научу». А она уже не могла терпеть его бесконечные измены. Первую простила, дала шанс. Вторую нет. Любви давно не было, остался только страх перед этой ядовитой связью, где один был одержим, а другой одинок.
Отпусти, прошептала, дрожа. Это ничего не изменит. Не заставишь меня любить силой. Влад, прошу
Смирись. Сейчас ты в отрицании, но поймёшь мы созданы друг для друга. Дашь мне ещё один шанс. А бежать некуда. Помнишь, рассказывал про глухую деревню, где жили мои предки? Сюда никто не заглядывает. Помощи ждать неоткуда. И не зли меня знаешь, чем это кончится.
Она содрогнулась. В глазах Владислава читалось безумие и это пугало больше всего.
Полторы недели а может, больше? провела в этом доме. Он развязывал её лишь на пару часов в день, следя за каждым шагом, как волк за овцой. Она поняла: перед ней не муж, а больной, которому нужен врач. Но притворялась. Играла покорность, делала вид, что верит в примирение, лишь бы добраться до людей. На работе её не хватятся начальница давно мечтала избавиться от неё после того, как застала её с мужем. Родителей не было, подруги привыкли к её исчезновениям «ревнивый муж», вздыхали они, не вникая.
Однажды, когда Владислав отвлёкся, она ударила его чугунным утюгом. Он рухнул без сознания, но дышал. У неё не было времени проверять, очнётся ли. Знала: если проснётся конец. Он говорил, что останутся здесь надолго, а она не могла больше жить с человеком, чей гнев вспыхивал, как пожар в сухом лесу.
Накинув первую попавшуюся одежду, выбежала на мороз. Холод резал лёгкие, но она бежала. Машины, дороги всё это было далеко. Боялась, что он пойдёт по следу, но выбора не было. Лес, волчий вой страшно, но лучше погибнуть от клыков зверя, чем от рук безумца.
Силы кончались. Не знала, сколько прошло времени, куда бежит. Мысль о том, что замёрзнет или заблудится, грызла её. И вдруг резкая боль, крик. Нога попала в капкан. Кровь алым пятном растеклась по снегу. Упала, пытаясь вырваться, но железо не поддавалось. Боль сводила с ума. Сознание уплывало.
И вдруг голос:
Держись, Белоснежка
Очнулась в незнакомой избе. В воздухе пахло мятным чаем кто-то настойчиво вливал его ей в рот, когда она теряла сознание.
Где я? прошептала, приподнимаясь.
Очнулась? раздался голос из сеней.
Перед ней стоял мужчина спокойный, с добрыми глазами, в ватнике и тёплых штанах.
Вы меня спасли?
Ты сама себя спасла. Боролась. Я лишь помог.
Он представился Иван. Рассказал, что нашёл её в капкане, принёс к себе, лечил. Она бредила почти неделю. Капкан не задел кость, но раны были глубокими. «Главное жива», сказал он.
Жил он в доме лесника своего деда. Приехал сюда, чтобы отдохнуть от города и продолжать дело предков убирать браконьерские ловушки.
Значит, правильно сделал, что прогнал того мужчину, добавил он. Через день после того, как принёс тебя. Был как зверь кого-то искал. Не бойся. Если вернётся не пущу.
Она задрожала. Владислав был рядом. Но теперь она чувствовала себя в безопасности.
Дни шли. Рассказала Ивану всё о браке, изменах, побеге. Он слушал молча. Думала, что после этого будет бояться всех мужчин, но с ним было иначе. Спокойно. Уютно. Он не давил, не требовал. Просто был рядом.
Через десять дней уже могла ходить правда, прихрамывая. Иван ушёл в лес, а она решила приготовить ужин хоть как-то отблагодарить.
Когда он вернулся, увидел её у печи.
Говорил же отдыхай, нахмурился, отряхивая снег.
Прости Хотела помочь. Чувствую себя обузой.
Он смягчился.
Ладно. Помогай, если хочешь.
За разговором он впервые открылся: два года назад потерял невесту в аварии. Каждый год приезжал сюда побыть наедине с болью.
Мне жаль, тихо сказала она. Но жизнь продолжается. Уверена, она хотела бы, чтобы ты был счастлив. Да, после всего, что сделал мой муж, я могла бы бояться всех. Но ты не он. Нельзя всю жизнь прятаться от страха.
Иван кивнул. Вместе приготовили ужин тушёную картошку, открыли бутылку домашнего вина. За едой она спросила: откуда здесь еда? Добраться сюда трудно, уехать ещё сложнее.
Продукты привозит мой помощник раз в две недели, ответил Иван. В этот раз запасы кончились, да и дороги замело. Он приедет завтра. И ты поедешь с ним обратно в город.
Сердце сжалось. Домой. Туда, где ждёт прошлое заявление в полицию, развод. Мысль о встрече с мужем леденила кровь. Но с Иваном она чувствовала себя под защитой. Однако бегство от правды не выход. Надо всё завершить.
Не бойся, тихо сказал он, беря её за руку. Всё получится. А этот волкодав тебе больше не страшен.
Она улыбнулась сквозь тревогу. Его уверенность грела,
