АНЯ И ВНУК
Не то, чтобы Даша ненавидела тетю Таню, просто не принимала. Ну, какой она ей прабабушка? Не было у Даши прабабки и эта «тетя Таня, как в сказке» тоже не родственница. Однако ради дяди Сергея она с первых дней знакомства старалась держать свое недовольство при себе.
Не маленькая, уже тринадцать лет, понимала, что дяде Сергею хочется семьи, хочет, чтобы за ним ухаживали. Так-то тетя Таня неплохая, молчаливая просто. Но чужая. Даша словно и не замечает. Зато не кричит, как бабушка у лучшей подруги Лены, что была ей даже двоюродной тетей.
А Таня словно и не замечала, что у её любимой сестры подросла племянница. Приняла как данность её наличие и стала строить планы на дальнейшую жизнь, в надежде, что родит ему Сергей своего родного внука.
Расписались они быстро и тихо, обменяли две квартиры в Рязани на одну просторную в Твери, в которой у Даши появилась своя комната, и между тетей Таней и Дашей появился просто «худой мир», вместо «доброй ссоры». Пообедав после школы, Даша шла в свою комнату и старалась поменьше сталкиваться с родственницей дяди. Она с дружбой тоже не навязывалась.
Когда у Тани появилась боль в коленях и стала ковылять, они дружно обрадовались возраст показал себя без маски! Даша мечтала о племянничке, а Таня о внуке. Но случилось страшное, не новый родственник появился, а болезнь поселилась инородной тканью в суставах пожилая женщина. Стала Даша сиротой уже в 13 лет. И путь её лежал прямиком в детский дом.
Она еще не задумывалась о своей дальнейшей судьбе, придавленная страшным горем, когда услышала, как в кухонной комнате рыдала пьяная мать Лены и оправдывалась перед Сергеем: – Да взяла бы я её к себе, все же Таня моя родня, не чужие. Но мы сами с Леной раз в неделю из дома бегаем, как мой пузо зальёт. Не потяну. А больше никого у нас из родни и нет.
Даша не хотела подслушивать, но так получилось, и из разговора она поняла, что приходили из опеки, что «снимают её в детский дом», что в этих стенах большой и просторной квартиры, она потому, что тетя Таня отстояла, выпросила несколько дней, в надежде найти родню Сергея. Вот и разговор этот отсюда вытекает.
– Даш, поговорить надо – начала утром Таня, но замолчала, подбирая слова.
– Да, не бойтесь, говорите, я уже знаю, что нужно в детдом собираться.
-Я о другом. Если ты не против, то я хочу оформить опекунство за тобой, ведь мы с Сергеем были расписаны, говорят, что можно попытаться, но если ты сама захочешь. Я знаю, прабабушка из меня никудышная, но не могу я тебя в детдом отдать. НЕ МОГУ. Может, попробуем? Ради Тани, попробуем. Наверное, смотрит на нас и переживает.
Она и не представляла, что взрослая бабушка может плакать. Особенно Таня. Она и на поминки не плакала. Окаменевшая была, да, но ни одной слезинки. А тут Подошла, обняла её и стала, как мелкую утешать.
Все у них получилось. Кто кого поддерживал первые полгода, это ещё вопрос, но время потихоньку лечит. Наладили быт, научились оба варить квас и не только. Научились разговаривать друг с другом.
Правда Таня собеседник была немногословная, но Даша привыкла. Помимо благодарности, она стала испытывать и уважение к родственнице. Бабушка она была справедливая. Не раз заступалась за неё во дворе, пыталась как-то её радовать в мелочах. То козёл на рынке подарит, то два билета на премьеру гонконского кино Лене с Дашей купит.
Порой забегала соседка чтобы помочь, подсказать, разобраться со счётами, квитками за квартиру. Частенько приходила с ночёвкой Лена. Боль стихала. Стали жить. Таня ходила на собрания в школу, оставляла часть пенсии на общее пользование и никогда не спрашивала отчетов. Даша старалась не подводить её. Но никогда не называла её прабабкой, ни в глаза, ни за спиной, понимая, что для неё она чужой внук.
Не сама пришла к такому выводу, а нашлись «добрые люди» – просветили «сиротку», жалея слащаво.
Когда ей исполнилось 16, Таня опять решилась на тяжёлый для обоих разговор. На этот раз, она спрашивала её мнение по поводу своей женитьбы. На работе незаметно у неё стали строиться отношения с одним старым знакомым, и ещё – у них будет внук.
– Я бы увела его к нам жить, но ты ещё не можешь оставаться одна. Да и опека набежит. А вдвоем к нему тоже не вариант тесновато будет. У него лишь комната в коммунальной квартире. Но если я приведу его сюда, как думаешь уживемся?
Внешне ужились. Вася ходил по дому, как важный старик, лелея свою первую пенсию, Таня повеселела, а Даша старалась сглаживать все возникающие конфликты. К ней почему-то так и не пришёл сложный взрослый возраст. Наверное она сразу повзрослела со смертью Тани. А вот Вася
Даша многое списывала на его возраст и не рассказывала Тане, как сходит с ума её родственница, когда за ней закрывается дверь. Как всем своим видом она показывает Даше, что теперь хозяйка она, а Даша никто. И это «никто» по недоразумению, по глупости Тани мешается у них с бабушкой под ногами.
Поняв, что Даша ничего Тане передавать не собирается, она уже не только видом, но и словами открытую это ей стала говорить. Раздражала её чужая внучка, чужой родня.
И опять помогла старая тактика. Поменьше попадаться на глаза. Таня долго была в неведении, но когда родился их с Васей внук Миша, то стала догадываться, что Даше непросто в их семье. Вася уже и Тане стал напевать, что чужая родня ей мешает. Ну и что, что несколько квадратных метров ей в этой квартире принадлежат? Выплатим её долю к совершеннолетию, и пусть живет своей жизнью, – пела она. А сейчас о ней государство должно заботиться, а не они чужие ей люди.
Тане сложно давались возражения, она действительно с пожилого возраста была непреклонная. А Васю переговорить вообще было трудно. Однако нашла аргумент попроще стукнула по столу старым палец и сказала. Прекрати. Никогда больше не хочу слушать подобное.
А Дашу позвала в ближайшую субботу навестить Таню. Убрались там, подправили заборчик, пересадили цветы. Посидели молча, и снова словно сблизились, как в первые полгода, что были наполнены горем.
– Ничего, Дашенька, все уладится. Ты потерпи. Скоро Миша пойдет в садик, Вася устроится на работу, некогда ему будет дурью заниматься.
Но Вася стала с другого края действовать. Под предлогом слабого иммунитета Мишки запретила приглашать в дом Лену. А её мать она давно уже отучила забегать к ним по-родственному. Взяла в руки все финансовые вопросы. Нет у Даши уже доступа к общим деньгам. Приходилось просить у Васи даже на самое необходимое.
Она не жаловалась Тане, не хотела быть причиной их ссор. Ей искренне нравилось то, что бабушка повеселела, что снова блестели её глаза. Она видела, как Таня любит внука.
Однажды Таня нечаянно узнала, что Даша питается только по выходным. Она уже училась в одиннадцатом классе, часто оставалась на дополнительные занятия, еще готовилась к поступлению. И частенько до вечера была голодной. Студенческой стипендии у неё не хватало. С тех пор, как деньги из доступной шкатулки перекочевали в Васин кошелек. Вернее, уже в банк.
Таню отчитала классную Дашу:
– Вы бы, Татьяна Ивановна, поговорили с Дашей. Мода модой, но она же уже прозрачная! Скоро в обмороки будет голодные падать. А отвечать кто? Снова школа снова недогляд! Замучились мы с их худобой!
Когда до Тани с трудом дошло, что она упустила момент с деньгами, понадеявшись на родственника, то корила себя и ругала Дашу, что молчала.
– Ну, прости, внучка, тугодум я. Ну, а ты-то что молчишь? Ты знай – у тебя и карта свой есть. Я туда всё опекунские средства пересылаю. Но знаешь, мы все же их трогать не будем. У тебя и учеба впереди. Я тебе просто карту открою и буду с пенсии скидывать. Хорошо?
Даша толком и не слушала её, про деньги, про карту. Набатом в голове звучало ВНУЧКА. Неужели она и правда для неё не чужая, что она расстроилась из-за неё.
Не из-за Васи, не из-за Миши, а из-за неё?
Ох, и бесилась Вася, когда поняла, почему денег к ней чуть меньше поступало. Стала, то опекунские «в общий котёл» требовать, то демонстративно причитать, что деньги словно в трубу улетают. Как она не экономит, отложить на лечение не получается. А как иначе, если «эту» одевать, обувать и кормить приходится. А тут ещё и деньги ей стал выделять!
– Так пенсию получу, и поедем на море, проблем-то
– Опять в гостиницу? Я к морю хочу!
В таких баталиях пролетело ещё пара лет. Вася пыталась задеть Дашу, Таня стеной вставала на защиту. Даша страдала, зная, что является причиной ссор в семье.
Одно грело – они с Леной мечтали окончить школу, поступить в университет и снять комнату на двоих. Отец у Лены уже совсем «слетал с катушек», уходил в недельные запои, стал тащить всё из дома. Неясно даже было кому из девочек живется хуже.
Но мечтам не суждено было сбыться. Лена выскочила замуж через год после выпускного. Почти за первого встречного, не могла уже жить с родителями. У Даши сменились планы поступить туда, где будет общежитие стало уже её целью. Таня хоть и не поддерживала эту идею, но понимала, что Даше сложно с ними. Просчитывала уже варианты, как помочь. Но Вася сопротивлялась, как могла, настаивая на денежной компенсации.
– Что ей там положено-то из этой квартиры? И так на всем готовом выросла!
Решение пришло неожиданно. Тане в наследство досталась неплохая квартира в Вологде. Там как раз был и институт культуры, куда Даша втайне мечтала поступить, но считала, что ей «не по карману» платное обучение, а по желаемому направлению не было бюджетных мест. Да и общежития там не предоставляли.
Таня переписала свою наследственную полнометражку на Дашу, вручила ей и управление счетом, где накопилось достаточно, чтобы разом оплатить все годы учебы. Сама поехала с ней помочь с заселением, с подачей документов. Нет, она действительно хотела помочь, но и ещё была причина. Вася бесновалась, когда узнала, что наследство «уплыло» из её рук. А она уже устала от ругани и скандалов. Поэтому неделька отдыха от Васи была кстати.
Обошла всех соседей в подъезде, благо квартир там было не так уж много. Небольшой пятиэтажный дом в уютном микрорайоне. Попросила «не обижать внучку, приглядывать». И это Таня, которая в магазины-то ходила, только с чеками, чтобы лишний раз не разговаривать с продавцами!
– Повезло тебе с бабушкой, девонька, – говорили соседки, встречая Дашу во дворе.
– Да, прабабушка у меня замечательная, – соглашалась Даша.
На каждой свадьбе, есть трогательные моменты, когда сложно сдержать слёзы. На Дашиной свадьбе этим моментом стал танец бабушки с внучкой.
Таня вообще заставила всех гостей понервничать в тот день. Невеста не хотела идти на регистрацию, пока не приедет бабушка. А у неё встала машина на трассе между городами. Старую сносила, чтобы выручить внучку. Но обошлось, успела.
Все в жизни успела этот немногословный старушка.
