“Такая сноха нам как родная!”
Ольга аккуратно разровняла песочное тесто в форме. Скоро должны были приехать её сын Дмитрий с женой Алиной.
Тишину нарушил резкий телефонный звонок. Ольга вытерла руки о передник и подняла трубку.
Алё?
Здравствуйте, раздался незнакомый женский голос. Это Ольга Петровна Ковалёва?
Да, я вас слушаю, ответила Ольга, почувствовав лёгкую тревогу.
Меня зовут Галина Ивановна. Я бывшая свекровь вашей Алины.
Ольга медленно опустилась на кухонный стул. “Бывшая свекровь?” В памяти всплыли редкие, но горькие упоминания Алины о прошлом браке.
Чем могу помочь? спросила Ольга, стараясь сохранять спокойствие.
Голос в трубке внезапно стал резким, ядовитым:
Хотела узнать, как поживает наша Алина под вашим крылышком? Уверена, уже хлебнули с нею горя! Или ещё нет? Но поверьте помучитесь! Бездельница она редкая!
Галина Ивановна, не понимаю вас. Алина замечательная девушка. О чём вы говорите?
Замечательная?! взвизгнула Галина. Лентяйка! Я полы мою ежедневно! А она? Раз в неделю и то нехотя! А шторы! Вы когда шторы стирали последний раз? У меня каждые две недели! А она раз в полгода!
Да и готовит сплошная отрава! Суп вода водой, котлеты подошвы! У моего бедного сына от её стряпни гастрит открылся!
У них в доме идеальный порядок, твёрдо ответила Ольга. И готовит Алина прекрасно. Может, у вашего сына гастрит от водки?
Ах, вы защищаете её?! завопила Галина. Да как она с мужем обращалась! Придёт мой уставший ну выпьет для храбрости, как все мужики! А она? Вместо того чтобы встретить, уложить орала, скандалила! Бессердечная стерва!
Ольга закрыла глаза. Она знала от Алины, что её “выпивший для храбрости” бывший муж мог разнести квартиру, орать до утра. А её Дима не пил, дарил жене цветы и гордился её успехами.
Мой сын, Дмитрий, чётко произнесла Ольга, не приходит пьяным. Он уважает жену. Им хорошо вместе.
В трубке повисло молчание. Когда Галина заговорила вновь, голос её шипел от злости:
Хорошо? Ха! А вы в курсе, что она из детдома? Я-то знаю, что там творят! Неспроста она бесплодная! Пустоцвет! Годы пройдут внуков не дождётесь! Тогда и пожалеете!
Галина Ивановна, громко сказала Ольга, вы глубоко заблуждаетесь. В нашем доме любовь и покой.
Алина называет меня мамой. Конечно, мы знаем про детдом. В этом нет её вины. Она добрая, хорошая девушка. А насчёт внуков… Ваши страхи напрасны. У Алины и Димы будет ребёнок. Скоро.
Тишина. Потом хриплый вздох и внезапные рыдания.
Ребёнок? прохрипела Галина. А может, не от вашего сына? А мой-то… мой пропойца… Работы нет, живёт Бог знает как… А мне так внуков хочется!
Голос её стал умоляющим:
Если вдруг… разойдутся? Позвоните мне! Может, мой-то одумается? Она ведь теперь хорошая стала? Может, к нам вернётся? Вам-то зачем сноха без роду-племени?
Вот оно. Не раскаяние. Дикое желание отобрать то, что стало цениться в других руках. Использовать Алину снова. Как служанку. Как шанс на внуков.
Такая сноха как Алина нам как родная. Больше не звоните.
Ольга бросила трубку, заблокировала номер. В горле стоял ком. Но сильнее всего было чувство… защищённости. Защищённости своего гнезда, сына и этой хрупкой, но сильной девушки, ставшей ей дочерью.
Она накрыла тесто полотенцем. Скругло здесь будет шумно, пахнуть пирогом, звучать смех. Скругло зазвучит новый голос звонкий, полный жизни.
Раздался звонок. На пороге стояли Дмитрий с огромными пионами и Алина. Её округлившийся живот, сияющее лицо все тени прошлого меркли перед этим светом.
Мам! бросилась Алина в объятия. Как вкусно пахнет!
Ольга крепко обняла её:
Песочный пирог, дочка. Дима, поставь цветы.
Она проводила их в гостиную, бросив взгляд на телефон. Тот злобный голос казался теперь эхом из другого мира. Здесь же царила настоящая жизнь светлая, наполненная любовью.
Жизнь, которую они построили. Жизнь, которую Ольга, как хранительница этого счастья, больше никому не позволит омрачить. У них всё было хорошо. И так будет всегда.