Одна девушка по имени Алина влюбилась в мужчину. Сердце её трепетало при одной мысли о нём. Казалось, это и есть любовь так сильно её влекло к нему.
Но сколько ни старалась, взаимности не было. Она кокетничала, говорила томным голосом, ловила его взгляд, то и дело находила повод заговорить, ненароком касалась руки… Всё как по учебнику. А эффекта ноль.
А потом он начал уделять внимание другой Светлане Петровне, женщине старше его, самой обычной, без особых прикрас. Они подолгу беседовали в коридоре, он приносил ей кофе из автомата, провожал взглядом… Потом стал подвозить домой. Светлана Петровна даже машину не водила.
Как так? Ведь Алина явно красивее, моложе. Но не вызвала отклика.
А ответ прост. Алину интересовал не сам мужчина, а образ: успешный, холостой, с хорошей зарплатой, в дорогом костюме, с новенькой иномаркой. Всё. Больше ничего.
А вот со Светланой Петровной они могли говорить часами о чём угодно: о детстве, о книгах, о старом советском кино. Переписывались, смеялись над шутками, которых другие не понимали. Алина же не вникала что за человек перед ней? Какие у него мысли, страхи, мечты?
Любовь это когда ты знаешь человека насквозь. Когда тебе важно, поел ли он сегодня. Как там его мать, справилась с болью в спине? «А помнишь, как в детстве Гостья из будущего смотрели?» «Ой, смотри, берёзы пожелтели прямо как в стихах Есенина». «Дай лоб потрогаю не горячий? Шапку надень, морозец ударил».
Такие разговоры для посторонних пустая болтовня. А для двоих язык любви. Когда тебе дорога не внешность, не статус, а сам человек весь, без остатка.
Алина же любила не его. Она хотела обладать как дорогой вещью. Но разве можно полюбить то, чего не понимаешь?
Можно восхищаться лебедем его грацией, белизной перьев. А можно приготовить из него жаркое. Первое даст радость каждый день. Второе лишь мимолётное удовольствие, а после пустота.
Так и с любовью. Если в сердце лишь желание завладеть ни манящие взгляды, ни расстёгнутая пуговица не помогут. Ведь счастье не в обладании, а в умении понять и принять другого человека таким, какой он есть.
Но тем, кто привык лишь брать, этого не объяснить.