Ну и что это за безобразие?! с досадой воскликнула Алевтина, застыв посреди гостиной.
Голос её дрожал от гнева. Она осмотрела комнату, будто ожидала, что стены или мебель дадут ответ на её вопрос.
Опять?! Третий раз за месяц! Доколе?!
На диване, развалившись на подушках, сидел Артём. В одной руке телефон, в другой пульт от телевизора. Он медленно перевёл на неё взгляд, но глаза оставались пустыми, как всегда, когда речь заходила о его матери.
Что «опять»? скривился он. Не заводись с пол-оборота. Только пришёл с работы, хочу отдохнуть.
Я завожся?! Алевтина шагнула вперёд, голос её стал выше. Ты называешь это заводиться?! Пять тысяч рублей! Без слов, без объяснений! Ты даже не спросил, зачем они ей! Просто перевёл!
Артём отложил телефон, тихо вздохнул. На лице читалась усталость, но не раскаяние.
Ну и что? Моя мать. Просит денег помог. В чём проблема?
Алевтина подошла ближе, щёки пылали.
Проблема в том, что мы копим на дачу! Договорились же! Каждая копейка на общее будущее! А ты раз за разом выбрасываешь деньги в никуда! То на лекарства, то на ремонт, теперь вот «непредвиденные расходы»! Может, ей новый айфон приспичило?
Артём потер переносицу.
Она уже в возрасте, Лёля. Ей тяжело одной. Проще помочь, чем объяснять.
В возрасте?! Ей всего шестьдесят пять! Она больше тебя на ногах! Концерты, санатории, экскурсии! А мы? Мы что, должны отказываться от всего из-за её прихотей?
Алевтина! в голосе Артёма впервые прозвучал металл. Так о матери не говорят. Она нас вырастила.
Она вырастила тебя, Артём, а не меня. И я ей за это благодарна. Но это не значит, что она может бесконечно вытягивать из нас деньги! Мы живём на одну зарплату. Мои заказы это нестабильно. Ты же знаешь!
Он знал. После того как рекламное агентство, где Алевтина работала арт-директором, закрылось, она перешла на фриланс. Деньги были, но плавали. Их бюджет хрупок, как лёд. Каждая лишняя трата трещина.
Они мечтали о даче. Мечта жила в них уже три года домик в Подмосковье, терраса, плетистые розы, шашлыки с друзьями. Но всякий раз, когда сумма приближалась к желанной цифре, что-то случалось: у свекрови протекала крыша, болели зубы, требовались новые обои Снова откат назад.
Я просто устала, тихо сказала Алевтина, подойдя к окну. Устала быть второй. Устала чувствовать, что мы во всём себя ограничиваем, а твоя мать живёт в своё удовольствие.
Артём подошёл, но не обнял.
Она плохо себя чувствует, Лёль. Нужна помощь.
От чего?! От желания объездить все курорты? Ты вообще проверял, куда уходят эти деньги? Она в Сочи отдыхает, в рестораны ходит, а мы с тобой последний раз в отпуск ездили десять лет назад!
Хватит, строго сказал Артём, снова становясь бесстрастным. Не хочу это обсуждать.
Конечно, не хочешь! Алевтина резко развернулась. Когда речь о матери, ты всегда уходишь от разговора. Для тебя она святая, а я злодейка, которая ей вредит. Но я не против неё! Я за справедливость! И за нашу дачу!
Артём замолчал. Плечи напряглись, взгляд упёрся в пол. Алевтина знала этот взгляд. Он не станет спорить. Замрёт, как всегда. А через час уйдёт, сделав вид, что ничего не было.
Ладно глухо пробормотал он. Я спать.
И вышел, оставив её одну.
Алевтина стояла у окна, глядя на чёрное небо. Звёзды мерцали равнодушно. Она понимала: пока Артём сам не осознает, ничего не изменится. Он слишком привык быть сыном, чтобы быть мужем. И слишком любил мать, чтобы услышать жену.
***
Утро принесло не только кофе и пробежку, но и тяжёлую усталость. Алевтина вышла на улицу, надеясь, что бег прочистит мысли. Иногда она бежала, чтобы забыть, иногда чтобы понять. Сегодня было второе.
Когда она вернулась, Артём уже собирался на работу. Выражение лица смягчилось, но не до конца.
Послушай, Лёль, начал он, поправляя галстук, я поговорю с мамой. Обещаю.
Алевтина замерла, вглядываясь в него.
О чём, Артём? Чтобы она перестала тратить наши деньги? Ты же знаешь, это бесполезно. Она умеет выкрутиться, как опытный адвокат.
Попробую, он избегал её взгляда. Может, в этот раз правда что-то важное. Не спросил просто.
Конечно. Всегда важно. Особенно если это её каприз, Алевтина вздохнула, чувствуя, как внутри нарастает привычное бессилие.
Ладно, мне пора. Вечером поговорим, он быстро поцеловал её в лоб и вышел.
В квартире повисла тишина, густая и давящая.
***
Они познакомились на дне рождения друга. Тогда всё было иначе. Артём был внимательным, решительным, немного романтичным. Алевтина полной идей и веры в любовь. Они дополняли друг друга, как небо и земля.
С Ольгой Петровной она познакомилась до свадьбы. Женщина оказалась строгой, умной, с пронзительным взглядом и голосом, который мог заткнуть одним лишь тоном.
Надеюсь, ты сделаешь моего сына счастливым, сказала она тогда, изучая Алевтину. Он у меня особенный.
Тогда Алевтина подумала, что это просто материнская забота. Теперь понимала: это был намёк.
После свадьбы они съехали. Ольга Петровна осталась одна. И с каждым месяцем её звонки учащались. Сначала казалось нормальным помочь близкому человеку. Но постепенно помощь превратилась в обязанность.
Как-то раз Алевтина зашла к свекрови, когда та хвасталась соседке:
Артюша подарил новую стиральную машину! С сушкой! Старая шумела, говорила она с довольной улыбкой.
Алевтина сжалась внутри. Старая работала идеально. Просто Ольге Петровне захотелось новую. И оплатил это, конечно, Артём.
Тогда она поняла: свекровь не просто просит она управляет.
Они стали скрывать планы. Тихо копили на квартиру. Когда сумма набралась, быстро оформили ипотеку без лишних слов, безНо когда Алевтина увидела, как Артём впервые без упрёков отказал матери, она поняла их мечта наконец стала реальностью.