– Ну не начинай опять про диеты! – сердито крикнула Света, размахивая вилкой с куском пирожного. – Я и так знаю, что поправилась!
– Светик, да кто тебе такое сказал? – успокаивала сестра Оля. – Просто Люба хотела поделиться новым рецептом…
– А я не просила! – перебила Света. – Надоело! Каждые выходные одно и то же – то фигура не та, то причёска устарела, то муж ничего не понимает!
Любовь Николаевна тяжело вздохнула и поставила чашку с чаем на стол. Субботние семейные посиделки превращались в настоящее испытание. Собрались все три дочери с семьями, внуки носятся по квартире, а взрослые только и делают, что ссорятся.
– Девочки, хватит, – устало произнесла она. – Соседи услышат.
– Пусть слышат! – не унималась Света. – Может, тогда поймут, какая у меня замечательная семья!
Таня, старшая из сестёр, сжала губы и демонстративно отодвинула свою тарелку.
– Мы просто пытаемся тебе помочь, – холодно сказала она. – Но раз ты не хочешь…
– Не хочу ваших советов! Меня всё устраивает!
Любовь Николаевна смотрела на дочерей и в который раз думала, насколько они разные. Тане сорок девять – строгая, подтянутая, всегда ухоженная, даже дома. Работает главным бухгалтером, муж – инженер, сын учится в университете. Идеальная семья, по крайней мере, со стороны.
Оля, средняя, тридцать девять, мягкая и уступчивая. Вечно всех мирит, старается угодить. Работает воспитателем в детском саду, муж – слесарь, двое детей-школьников. Живут скромно, но дружно.
А Свете тридцать шесть, а ведёт себя как подросток. Вечно всем недовольна, вечно с кем-то спорит. Замуж вышла поздно, в тридцать три, родила дочку и теперь постоянно жалуется на жизнь.
– Бабушка, а где фото дедушки? – спросил Артём, сын Тани, заглядывая в гостиную. – Хочу Сашке показать.
– В альбоме на полке, – ответила Любовь Николаевна. – Только аккуратно.
Артём кивнул и убежал к двоюродным братьям. Любовь Николаевна улыбнулась. Хоть внуки радуют – не то что дочери.
– Может, хватит спорить? – предложила Оля. – Давайте о чём-то хорошем поговорим.
– О чём хорошем? – съязвила Света. – О том, как у Тани всё замечательно? Квартира большая, машина новая, сын в престижном вузе…
– При чём тут моя квартира? – вспыхнула Таня. – Я работаю без выходных, чтобы всё это было!
– Ага, работаешь, – протянула Света. – А мне некогда – ребёнок маленький.
– Дашке уже пять лет, какой маленький! – не выдержала Таня.
– Для тебя пять – это много? У тебя Артём с девяти сам за собой ухаживал!
Любовь Николаевна почувствовала, как начинает болеть голова. Каждую субботу одно и то же. Собрались, чтобы пообщаться, а получается только ссора.
– Девочки, – тихо сказала она, – папа не хотел бы видеть вас такими.
При упоминании отца все замолчали. Виктор Семёнович умер три года назад, и с тех пор семейные встречи стали какими-то нервными. Будто он был тем, кто всех объединял.
– Мам, не надо, – прошептала Оля.
– Надо, – твёрдо ответила Любовь Николаевна. – Он мечтал, чтобы вы дружили, поддерживали друг друга. А вы что делаете?
Света опустила глаза. Таня отвернулась к окну.
– Мам, мы не специально, – сказала Оля. – Просто… мы разные.
– Разные! – фыркнула Света. – У неё характер – всех учить!
– Я не учу! – возмутилась Таня. – Я просто говорю, как лучше!
– Вот именно! А кто тебя спрашивал?
Любовь Николаевна встала и вышла на кухню. Там царил беспорядок – грязная посуда, крошки на столе. Она включила воду и принялась мыть тарелки, стараясь успокоиться.
За спиной послышались шаги.
– Мам, давай помогу, – это была Оля.
– Сама справлюсь.
– Да брось. Вместе быстрее.
Оля взяла полотенце и стала вытирать посуду. Зашла Таня.
– Мам, извини, что мы опять… – начала она, но Любовь Николаевна махнула рукой.
– Ладно. Привыкла.
– Не привыкла, а терпишь, – сказала Таня. – Мы это видим.
В кухню заглянула Света, молча начала убирать крошки со стола.
Они работали молча. Любовь Николаевна вспоминала, как раньше, когда муж был жив, субботы были праздником. Виктор Семёнович рассказывал внукам истории, играл с ними в шашки, а дочери смеялись и делились новостями. Без ссор.
– Мам, а помнишь, как папа нас в детстве в парк водил? – спросила Оля.
– Помню, – улыбнулась Любовь Николаевна. – На каруселях катались, мороженое ели.
– А как он нас у фонтана фотографировал, – добавила Таня. – Говорил: «Девочки, улыбайтесь, это на память!»
Света подняла голову.
– А помните, как он меня на плечах ката– И кричал: «Держись крепче, комета!» – добавила Света, и впервые за этот вечер в её голосе прозвучала теплая ностальгия.