**ПРОШЛА ЛЮБОВЬ.**
— Ты почему такая молчаливая? — спросил Дмитрий свою жену, сидя за кухонным столом поздним вечером.
Светлана молча поставила перед ним тарелку с горячим ужином. Её пальцы слегка дрожали.
— Опять задерживался? — тихо проронила она, не поднимая глаз.
— Пришлось задержаться… В конце квартала премия будет, — отмахнулся он.
Дмитрий, тридцатипятилетний сотрудник банка, статный, с аккуратными чертами лица, только что вернулся с работы. Дома его ждали жена и три дочери — шести лет, четырёх и совсем кроха, только начавшая ходить. Последние два года он всё чаще задерживался, бродил по Москве или сидел в кафе один, лишь бы не возвращаться в эту квартиру. Здесь — вечные крики, пелёнки, бессонные ночи… И Света — измученная, в старом халате, с неубранными волосами, с тёмными кругами под глазами.
Разве мог он представить семь лет назад, когда женился на этой яркой, смеющейся девушке из соседнего отдела, что семейная жизнь превратится в каторгу? Первый год был счастьем: родилась Настя. Он помогал по дому, старался дать жене передышку — отпускал её в салон, на маникюр. Потом — вторая беременность. Решили, что так лучше — сразу двоих, и на этом закончить. Но Лиза оказалась беспокойным ребёнком: шесть месяцев ночных криков, недосып, красные глаза на работе. Когда стало легче, Света снова вернулась в офис… А потом — третий удар.
Он сопротивлялся: «Куда нам ещё одного? Современные клиники, процедуры… Давай хотя бы подумаем!» Но жена зарыдала, устроила сцену. Он сдался — надеялся, что хоть сын родится.
Беременность протекала тяжело. Больницы, слабость. Он тянул всё сам: садик, прогулки, стирка. Помощи ждать неоткуда — её родители в глухоморозном Норильске, у него — лишь старая больная мать. Третий ребёнок тоже не давал покоя: Машенька плакала, успокаивалась только на руках матери.
Дмитрий начал ненавидеть возвращение домой.
*Что было за эти семь лет? Сначала кино, рестораны, Сочи на море… А теперь? Плач, пелёнки, вечно уставшая жена…*
Он больше не хотел её. Приходил поздно, когда дети уже спали. Смотрел на Свету — и не узнавал ту девушку, в которую когда-то влюбился.
На работе коллеги хвастались Турцией, Мальдивами. Спрашивали: «Когда семью вывезешь?» Он молчал. Кому расскажешь, что мечтает сбежать хоть на неделю?
— Дима… Я снова беременна, — прошептала Светлана, опускаясь на стул.
Ложка в его руке замерла.
— Ты охуела?! Когда мы вообще в последний раз…?! — закричал он.
— Уже двенадцать недель… Поздно что-то делать… — голос жены дрожал.
— Ты совсем рехнулась! Хватит! Это не жизнь — ад! Ты на себя посмотри! Когда ты последний раз у парикмахера была? Ты же говорила, что предохраняешься!
Он вскочил, стул грохнул на пол.
— Всё. Я ухожу. Оставайся с детьми. Квартира твоя, бери что хочешь. Машину заберу и уеду к маме.
— Куда?! А как же мы? — Света всхлипнула, по её щеке скатилась слеза.
— С меня хватит! — Дмитрий хлопнул дверью.
За стеной заплакал ребёнок.