Вчера Лене стукнуло 47. Два года назад её жизнь переломилась пополам. Вот ведь как бывает — банальная фраза, а точнее не скажешь.
За пару дней до дня рождения Лена отыскала в магазине платье. Позвонила маме, похвасталась: «Купила голубое!» Та потребовала срочно приехать и показать. Когда Лена надела его, мама ахнула: «Ты в нём куколка! Но какое же оно голубое? Это же бирюза!» Удивительное поколение. Наверное, оттого, что в их времена ходили к портнихам, подбирали ткани, и каждое новое платье было событием.
В общем, платье, осознавшее свою бирюзовую сущность, дожидалось выхода в свет.
На день рождения Лена позвала всю немногочисленную родню и друзей. В кафе им накрыли стол в уютном уголке зала.
Таня, её кузина, тараторила тост минут десять. Вспомнила, как в шестнадцать они с Леной напились и ловили такси. Не могли вспомнить, как склоняется «вокзал». Кричали водителю: «Мы живём у вокзала! У Вокзала! Посёлок Грибы! Веди в центр — там покажем!» Предложила всем напиться вдрызг, чтобы тоже забыть адрес. Но романтику оборвали — все остановились в той же гостинице, где и кафе. «Ну вот, никакой романтики», — засмеялась Таня. Её муж поддакнул: «Мы бы ещё лазили в окна к барышням, да сетки от комаров мешают!» «Ну да, особенно ты, — фыркнула Лена. — У тебя же одноэтажный дом!» Все покатились со смеху.
Потом слово взял Сергей, муж Иры, второй кузины. Вспомнил их поездку в Сочи лет сто назад. Сначала все выигрывали в казино, а потом спустили всё до копейки. Когда вышли, Лена сказала: «Что бы вы без меня делали? Я припрятала сотку на выпивку». И они напились на эти деньги, а потом шли по набережной и орали «Миллион алых роз». «Так выпьем за женщину, которая спасла нас от сухого голодания!» — закончил Сергей. Мамин муж, Геннадий Игоревич, сокрушался, что в кафе нет весов — не взвеситься на брудершафт. И все затянули «Миллион алых роз», постепенно переходя на шёпот, как в той сцене из «Иронии судьбы».
Вечер вышел на славу. Муж, правда, тост не говорил — не умел. Шутил, что не оратор, а айтишник.
Наутро договорились встретиться на завтрак и прогуляться по Парку Горького. К вечеру все разъехались, и Лена с мужем остались вдвоём в квартире.
Муж, глядя в угол, где стоял компьютер, сказал: «Надо поговорить». И Лену вдруг передёрнуло. Всё утро она чувствовала себя не в своей тарелке — вроде и выпила немного, а внутри всё дрожит. Муж сообщил, что встретил другую и уходит. Сейчас. Просто не хотел портить праздник.
Следующий год стал годом буквы «П». Переезд, пьянки, плач, провалы, прострация…
А на 46-летие Лена решила сменить букву. Проснулась и пошла к реке. Даже в самые тяжёлые дни она заставляла себя гулять по утрам. Январь. Холодно. На берегу ни души. И от этой тишины, свежести, а может, от энергии воды, её будто приподняло изнутри. Она вдруг ясно поняла: выздоровела. Никогда не верила во всю эту эзотерику, но в тот момент физически ощутила, как тьма уходит.
Только вот выдохнуть до конца всё не получалось.
Лена решила: следующий год будет под буквой «Н». Новые люди, новая жизнь, но пасаран!
В тот же день она завела страничку на сайте знакомств. Из всех откликов понравился один мужчина. Они встретились. Это было год назад.
Не верится, что за год её жизнь снова так круто изменилась. Интересно, это видно по линиям на руке? Может, её линия жизни прерывается и начинается заново? Сегодня. Лена глубоко вдохнула утренний воздух, но выдохнуть до конца пока не получалось.
Она позвонила маме: «Я Ане рассказала, что еду в путешествие — она упросила заехать к ним». «Отлично, я их обожаю. Думала сразу в Карелию, но остановлюсь у них в Москве. От них рукой подать — к обеду буду у Колиных».
«Колиными» друзья звали Николая и Наталью Кольцовых из-за трёх «К» в фамилии. И они остались «её» людьми.
К вечеру второго дня Лена добралась до Москвы. Аня и Фёдор уже накрыли стол и предупредили: «Не налегай на закуски — будет сюрприз!» Через 20 минут в дверях появился «сюрприз». «Лен, знакомься, Виктор. Наш сосед. Собирался в Пикр переезжать, но сегодня угощает нас форелью по секретному рецепту».
«Приятно познакомиться», — сказал Виктор.
«Взаимно», — улыбнулась Лена. Он ей так понравился, что даже стало неловко перед Игорем, к которому она ехала в Карелию. Виктору было под пятьдесят. Не красавец, не спортсмен, но с открытой, умной улыбкой.
«Ну что, молодёжь, кого ждём?» — поднял стопку Фёдор.
Виктор налил Лене и себе. «Перейдём на «ты»? Мы же молодые».
«С удовольствием», — рассмеялась Лена.
«Молодёжь готова! За вас!» — отрапортовал Виктор.
Все засмеялись и выпили.
«Сегодня стол — как на Новый год! Виктор, я рыбу не особо люблю, но твоя форель — огонь! Фёдор, оливье, как всегда, идеальное. Прям как в тот снегопад-то!» — восторгалась Лена.
«Какой снегопад?» — спросил Виктор.
Фёдор аж всплеснул руками: «Наливай, сейчас услышишь семейную легенду про ураган!»
И, закусив своим же оливье, начал: «Наша первая зима здесь. Лет тридцать назад. По всем каналам — штормовое предупреждение. Школы закрыли, все запаслись продуктами. Ну, ты знаешь, как это бывает. Мы подготовились серьёзно: водка, оливье на целый таз. К шести вечера собрались у нас с Лениными родителями и начали «профилактику». Даже Лене, семнадцатилетней, каплю налили. За окном снег пошёл. Красота! Крупные хлопья. А шторма всё нет. Пьём дальше. Оливье доели — шторма нет. Водку допили — тишина. Проводили ЛениЛена посмотрела на Виктора, и в этот момент её сердце наконец отпустило — она поняла, что больше не боится сделать этот шаг.