**Дневник Ольги**
«Колбасу или яичницу?» — спросила я, переворачивая сосиски на сковороде. Серега сидел за столом, уткнувшись в телефон.
«Колбасу. Только без твоих кулинарных экспериментов», — буркнул он, даже не взглянув.
Я вздохнула. На руках сопела маленькая Маша, и готовить одной было неудобно.
«Может, подержишь Машу?» — осторожно предложила я.
«Сейчас, только новости дочитаю», — отмахнулся он.
Маша захныкала. Я пыталась ее укачать, торопливо переворачивая колбасу. Одна сторона подгорела.
«Опять пережарила?» — поморщился Серега. — «Может, хоть иногда следить за плитой?»
«А может, иногда помогать?» — резко повернулась я.
«Ну вот, опять… Я, между прочим, работу тяну, деньги в дом ношу!»
«А я что? Я тоже работаю — круглые сутки, без перерывов».
Молча поставила перед ним тарелку. Раньше мы были командой, всё делали вместе. Теперь я одна тащу этот воз.
Дни сливались в серую полосу. Однажды вечером я решилась поговорить:
«Сережа, нам нужно обсудить. Ты вечно занят — то работа, то телефон, а я? А Маша?»
«Оля, ну опять? Я же для вас пашу!»
«Но семья — не только деньги. Это поддержка, забота, участие».
«Ну, это твои обязанности», — пожал плечами он.
«Я хочу, чтобы мы были семьей. Я устала быть за всё в ответе одна».
«Я устал на работе, Оль. Мне нужен отдых».
«А мне?» — комок подкатил к горлу.
В этот момент из детской раздался плач Маши. Сережа даже не пошевелился.
Выйдя из декрета, я устроилась на новую работу. Теперь подъем в пять утра. Сережа в быту не помогал. В тот вечер я задержалась. Открыв дверь, увидела — кухня завалена грязной посудой, в комнате полумрак. Сережа лежал на диване.
«Ужин будешь?» — бросил он вместо приветствия.
«Серьезно? Я с работы, а ты даже тарелки не помыл?»
«Я устал».
«Где Маша?»
«Спит. Пиццу ей заказал».
Я молча пошла на кухню. Руки дрожали. Однажды, проверяя карту, обнаружила — Сережа снял 30 тысяч рублей с моих накоплений на ноутбук.
«Какие твои деньги? — удивился он. — Бюджет общий!»
«Общий? А когда прошу помочь по дому, сразу вспоминаешь свой вклад?»
Последней каплей стал день рождения Маши. Готовилась неделю. Сережа обещал прийти раньше.
«Прости, задерживаюсь. Думаю, сама справишься», — написал он за час до праздника.
Смотрела на сообщение. Что-то внутри оборвалось. Вечером, укладывая Машу, приняла решение.
Той ночью Сережа вернулся поздно.
«Оля, погладь мне рубашку. И где ужин?»
Я медленно повернулась:
«Сам себе готовь, убирай и деньги зарабатывай! Я не прислуга».
Пошла в спальню, достала заранее собранную сумку.
«Ты куда это?» — Сережа встал в дверях.
«Нет, наоборот — очнулась. Хватит».
«Да что не так-то? Живем, как все…»
«Как все? В пустоте вдвоем? Ты уже давно не здесь, Сережа. Ты где-то там, а я — твоя обслуга».
Зашла в детскую, взяла сонную Машу.
«Стой! — перегородил путь. — У нас семья, ребенок!»
«Семья? Мы ею перестали быть».
«Не надо. Я все решила».
Маленькая съемная квартира встретила нас тишиной. Телефон разрывался — Сережа то угрожал, то умолял вернуться.
«Я исправлюсь», — твердил он.
«Нет, Сережа. Ты даже не видишь, что менять».
Шли дни. Я постепенно обживалась. Впервые за долгое время улыбалась по утрам, перестала чувствовать вечную усталость.
Сережа звонил, но реже. Как-то пришел на работу с цветами.
«Давай заново. Я все понял».
«Поздно, — покачала головой я. — Обещаниям не верю».
Освободилось столько сил! Записалась на курсы, стала чаще видеться с подругами. Главное — научилась слышать себя. Теперь, засыпая в маленькой квартире, я не была одинокой. Наконец-то я была собой. И эта свобода стоила всех страхов.