Резкий поворот
Алевтина никогда не оставалась одна. Сначала жила с родителями в Нижнем Новгороде, потом вышла замуж за Вячеслава, а через два года у них родилась дочь Маша.
Даже когда муж ушёл, они с Машей ещё какое-то время жили вдвоём. Но теперь Алевтина осталась совсем одна. Ходила по пустой московской квартире и не понимала, зачем просыпаться утром. Жизнь раскололась надвое, впереди маячила лишь тоска и одиночество.
Что же пошло не так? Они со Славой почти не ссорились — разве что по мелочам. Она не запрещала ему встречаться с друзьями, квартира всегда блестела, в холодильнике стоял горячий борщ, а на плите — котлеты с гречкой.
Алевтина быстро пришла в форму после родов — никогда не была пышкой. Грудь во время беременности порадовала мужа, но потом вернулась к прежнему размеру. Но из-за этого не разводятся! Все твердили, что они со Славой идеальная пара.
Хотя она замечала перемены. Он не задерживался на работе, но вдруг стал тщательно выбирать галстуки, сделал модную стрижку.
— Почему ты не носишь платья? — как-то спросил он.
— Ношу же, по праздникам, — удивилась Алевтина.
А раньше ему было всё равно, во что она ходит.
— Ты какая-то бледная сегодня. Не больна?
— Я всегда такая. К чему придирки? — вспыхнула она.
Однажды накрасилась, подрумянила щёки и пошла на работу.
— Смой, не идёт тебе, — бросил Вячеслав вечером домой.
— А коллеги весь день делали комплименты, — обиделась Алевтина, но послушно смыла косметику.
— Думала, теперь будешь всегда такой красивой приходить, — сказала на следующий день коллега, увидев её без макияжа.
— Мужу не понравилось, — вздохнула Алевтина.
— Понял, что если будешь так выглядеть, с ума сойдёт от ревности, — усмехнулась та.
Как-то позвонила подруга Саша — дружили ещё со школы — и позвала в кафе.
— Как тебе удаётся держать форму без диет? Я хоть воду пей, а в бёдрах всё равно плюшки, — вздохнула Саша.
— Хватит скромничать. Мужики за тобой по пятам бегают, — рассмеялась Алевтина.
— За тобой бы тоже бегали, если б не пряталась. У тебя ноги классные, грех в брюках ходить. Тебе юбку-карандаш, стрижку каре… Да хоть волосы покрась в огненный! Проснись, а то выглядишь, как библиотекарша 80-х.
Алевтина сразу поняла: Саша не просто так завела этот разговор.
— Саш, что случилось? Ты же всегда…
— Мало ли что было, — перебила та. — Видела твоего Славу. С девочкой. Лет двадцать, не больше. Смотрел на неё, как кот на сметану…
Алевтина зажмурилась.
— Замолчи!
— Лен, я не хотела… Но ты же как серая мышь! Мужчина — не слепой, ему с тобой скучно.
— Врёшь! — Она вскочила и выбежала из кафе.
Дома сидела на краю ванны, уставившись в плитку.
— Мам, папа пришёл! — крикнула за дверью Маша.
Алевтина сполоснула лицо и вышла. Дочь убежала в комнату, а Вячеслав сидел на кухне, сложив руки, будто школьник перед директором.
— Прости, ужин не готовила. С Сашей в кафе были, — пробормотала она.
— Не голоден. Значит, ты уже знаешь, — сказал он.
— Что я должна знать? — спросила она, хотя догадывалась.
— Я люблю другую. Долго боролся, но ничего не вышло. Она вдвое младше, но без неё не могу. Прости. Соберу вещи и уйду.
Алевтина не стала удерживать. А потом и Маша предала — стала ходить к отцу. Сначала просто так, но потом начала приносить подарки от Дианы — молодой жены Вячеслава: блестящие платьица, косметику, флаконы с остатками духов.
— Смотри, что мне Диана подарила! — хвасталась дочь. — Классно же, да?
— Не смей принимать от неё подарки! — прошипела Алевтина.
— Почему?
— Она украла у тебя отца!
— Ну и что? Она весёлая, а ты… скучная зануда. Понятно, почему папа от тебя ушёл, — всхлипнула Маша.
Дальше — хуже. Дочь стала краситься в яркие цвета, в школе грубила учителям, прогуливала уроки.
Как достучаться? На все замечания — «Диана считает…», «Диана сказала…».
Имя этой женщины сводило Алевтину с ума. Однажды она запретила дочери ходить к отцу, и Маша заявила:
— Тогда я к ним перееду!
— Что, я плохая мать? Диана лучше? Ну и вали! Только когда она родит, тебя выставят за дверь.
— Серьёзно? Я могу жить с папой? — холодно переспросила Маша.
— Да. Пусть только позвонит и подтвердит.
На следующий день позвонил Вячеслав.
— Маша сказала, ты разрешила ей жить у нас.
— Она меня вынудила! Я не справляюсь. Она грубит, красится, как клоун, уроки прогуливает. И всё из-за твоей Дианы!
— Они подружились. Ты просто злишься… Мы согласны, — бросил он и положил трубку.
И дочь ушла.
Алевтина сходила с ума от обиды. Почти не ела, стала ещё худее. Маша звонила редко, но каждый раз рану солила: «Мы с Дианой в клубе были…»
После провала ЕГЭ дочь даже не пыталась поступать. А потом Вячеслав позвонил и сообщил:
— Маша сбежала с каким-то парнем на съёмную квартиру.
Алевтина онемела.
— И ты её отпустил?!
— Она взрослая. У Дианы свои дела…
— Твоя Диана мозги ей запудрила, а теперь выбросила, как старую куклу!
Когда позвонила Саша, Алевтина разрыдалась:
— Все меня бросили… Жить не хочу…
Через полчаса подруга приехала с коньяком. Алевтина разоткровенничалась за первой же рюмкой. Саша лишь поддакивала: «Козёл», «Дрянь», «Ужас…» Под утро та встала и сказала:
— Хватит ныть. Сначала — в салон. Потом — искать мужиков.
— Где? — мутно спросила Алевтина.
— Увидишь.
После макияжа, стрижки и нового платья она не узнала себя в зеркале.
Саша водила её по выставкам, музеА потом, когда она уже почти смирилась с новой жизнью, в дверь позвонил Вячеслав — седой, помятый и с чемоданом в руке, — но Алевтина, глядя ему в глаза, просто закрыла дверь.