«Хотела по-хорошему»
«Валентина Степановна, я вам последний раз говорю! Или убираете свои вещи с лестничной клетки, или я сама всё выкину на помойку! — кричала Нина Семёновна, размахивая руками перед дверью соседки. — Что за безобразие? Коляска старая, коробки с хламом, а теперь ещё и велосипед притащили!»
«Нинка, успокойся! — ответила Валентина Степановна, выглядывая из-за двери. — Коляска внучке пригодится, они на дачу собираются. А велосипед — Димы, он спортом увлекается!»
«Какого Димы? Твоему внуку тридцать лет! Когда он последний раз на нём катался?»
«Тебе-то какое дело? Мы никому не мешаем!»
«Как не мешаете? Вчера чуть не сломала ногу, споткнувшись об этот велосипед! До сих пор хромаю!»
Валентина Степановна вздохнула и прикрыла дверь. Она знала: Нина не отступится. Та из тех, кто считает своим долгом следить за порядком во всём подъезде, учить других жить и лезть в чужие дела.
А началось полгода назад, когда Валентина Степановна переехала к дочери в город. Квартиру оставила свекровь — небольшую, но уютную. Дочь Катя уговаривала:
«Мам, ну зачем тебе одной в деревне сидеть? — говорила она. — Магазин далеко, поликлиника далеко, а если станет плохо? Здесь и врачи рядом, и я буду чаще заходить».
Долго сопротивлялась. Дом — её гнездо, где прожила с мужем сорок лет. Каждый угол — с воспоминаниями. Но здоровье подвело, и согласилась.
Переезд вышел хлопотным. Сколько вещей накопилось! Выбросить рука не поднималась: детскую коляску, в которой возила всех внуков, книжные полки, сколоченные мужем, старые фото в рамках.
«Мам, куда ты это всё тащишь? — возмущалась Катя. — Квартира же маленькая!»
«Место найдётся, — упрямилась Валентина Степановна. — Это же память!»
Часть пришлось оставить на лестнице. Временно. Разобрать руки не доходили.
Нина Семёновна сразу начала ворчать. Сначала намёками, потом в открытую.
«Валентина Степановна, надолго у вас тут склад? — спрашивала она, тыча пальцем в коляску.
«Скоро разберу, — отвечала та, — просто времени нет».
«Время у всех одинаковое», — сухо парировала Нина.
Валентина Степановна конфликтов не любила. В деревне все жили дружно, помогали, в гости ходили. Здесь же — будто за стенами. Здоровались и всё.
«Послушай, Нина, — попыталась договориться, — давай без ссор? Обещаю, до выходных всё уберу. Дочь помочь обещала, но у неё на работе аврал».
«Сколько можно ждать? — не сдавалась Нина. — Уже полгода!»
«Четыре месяца», — поправила Валентина Степановна.
«Какая разница! Хотела по-хорошему, а вы не понимаете!»
Тут дверь напротив приоткрылась, и показалась седая голова Анны Павловны.
«Девочки, что случилось?» — тихо спросила она.
«Вот, Аня, — набросилась Нина, — Валентина Степановна лестницу”Анна Павловна улыбнулась, взяла обеих за руки и сказала: «Давайте чай пить вместе — и мирно разберёмся».