— Мы не упустили время, просто наш путь к счастью оказался долгим, — промолвила Надежда, прижавшись к Роману.
Она открыла глаза и лениво потянулась. Воскресное утро позволяло не спешить.
Когда умер муж, все ожидали, что Надежда будет рыдать и рвать на себе волосы. Она и играла эту роль — носила маску безутешной вдовы. На работе дали отпуск, чтобы проводить «любимого супруга» достойно.
Со стороны они казались идеальной парой, но что творилось у каждого внутри — никого не касалось. Да, ей было жаль Костю, как любого человека, ушедшего раньше времени. Но не как мужа.
Она взглянула на фотографию в рамке. Пора убрать её с глаз долой. Раньше не трогала — вдруг кто-то зайдёт, начнёт соболезновать, искать взглядом портрет усопшего.
Каждое утро видеть его самодовольную, сытую физиономию — перебор. Надежда встала, подошла к полке и взяла фото. Рассмотрела ухоженное лицо человека, уверенного в своей неотразимости. Сколько баб он с ума свёл… Она усмехнулась.
— Ну что, допрыгался? Думаешь, я страдаю? Не дождёшься. Прощай. — Раздвинула книги и засунула фото между ними. — Вот тебе и место. Не в моей жизни. — Смахнула невидимую пыль с ладоней и направилась в ванную.
***
Когда Надя вышла после последнего экзамена, коридор опустел. Откуда-то возник ничем не примечательный паренёк. Они вместе поступали в институт.
— Как? Сдала? — спросил он.
— Пятёрка! — не сдержала радости.
— Значит, будем учиться вместе. — Он тоже улыбнулся.
— Надо дождаться списков… — начала Надя, но была уверена — пройдёт.
— Формальность. У тебя одна четвёрка. Проходной есть. — Он замялся. — Может, отметим?
Надя подумала: родители на работе, готовиться не надо.
— Пойдём.
Они гуляли, ели мороженое, потом кино.
Попали в разные группы. Наде было всё равно, а вот Роман расстроился. Теперь виделись только на лекциях, где он упорно садился рядом.
Как-то Роман опоздал, и его место занял Константин Добрынин. Надя хотела сказать, что там сидят, но вошёл профессор — тот самый, про которого ходили слухи: невзлюбит — выше тройки не видать.
— Шевцов ревнует, — шепнул Костя. — Сейчас дырку в спине прожжёт взглядом.
Она оглянулась. Роман сидел сзади и смотрел страдальчески.
— Молодые люди, хватит болтать! — рявкнул профессор. — Девушка, если неинтересно — вон!
Надя покраснела, опустила голову.
— Всё, мы в чёрном списке, — хихикнул Костя.
Их выгнали. Сидели в коридоре, потом пошли в столовую — чего время терять?
Костя был умён, остроумен, даже преподаватели его уважали.
— Надь, осторожнее с ним, — предупредил после Роман. — Бабник и шут.
— Ревнуешь?
— А если да?
— Между нами с ним ничего.
Но всё зашло дальше одной лекции. Надя влюбилась. Все считали их парой, родители — женихом и невестой. Обаятельный Костя очаровал даже Надину мать.
Свадьбу откладывали, но Надя забеременела. Костя отреагировал спокойно:
— Прикольно. Но на что растить будем? Может, не спешить?
Она согласилась. Но токсикоз, слабость… Сделала аборт. Какая учёба с ребёнком? Они любили друг друга, строили планы.
А Роман оставался просто другом. Невидимый, но всегда рядом.
После четвёртого курса поженились. Отец Кости — большой начальник — взял их к себе. Костя быстро рос по службе. Надя не ревновала — понимала: отец сыну помогаИ вот теперь, спустя столько лет, она наконец поняла, что счастье — это не показной блеск, а тихий вечер с человеком, который всегда любил её по-настоящему.