— Спасибо, мам, — поднялся со стула Артём и потянулся. — Пойду прокатаюсь немного. Не переживай, на улице уже поздно, машин почти нет.
— С тех пор как купил машину, только в ней и живёшь, — вздохнула мать. — А ведь уже тридцать скоро, пора бы и о семье подумать. Прямо как в поговорке: «Мужчина женится на машине, а потом ищет, куда жену пристроить».
— Мам, давай без этого, — Артём обнял её. — Ты же знаешь, как я мечтал о своей машине. Дайте мне немного насладиться, потом займусь серьёзными делами. Честное слово.
— Ладно, ладно, — провела рукой по его волосам. — Только осторожнее.
На улице морозило. Снег хрустел под ногами, а на капоте его «Лады» лежал пушистый слой, будто сахарная пудра. Артём аккуратно смахнул его с лобового стекла. Водил он давно — ещё на отцовской «Волге» научился, пока ту не разбил. Опыт был, но ощущение собственного автомобиля всё ещё грело душу.
Тщательно выбирал, долго копил. Теперь каждый вечер колесил по городу, иногда выезжал за трассу. Если кого-то видел на дороге — подвозил бесплатно.
Он завёл мотор, насладился его ровным гулом, прибавил радио и плавно выехал со двора.
Снег кружился в свете фар. В этом году зима наступила резко, засыпав всё за пару дней. Артём ехал без цели, пока не заметил на обочине женщину с ребёнком. Приглушил музыку, остановился, опустил стекло.
— До улицы Гагарина подвезёте? — Женщина заглянула в салон.
Она была молода, с тёплым взглядом.
— Садитесь, — кивнул Артём на переднее сиденье.
— Сколько с меня? — настороженно спросила она.
— Для вас бесплатно, — улыбнулся он, но, увидев её испуг, поспешил добавить: — Ладно, сто рублей, если так удобнее. Да садитесь уже, честное слово, не укушу.
Она открыла заднюю дверь, усадила сынишку лет шести, затем села сама.
— А у тебя сколько лошадей? — тут же спросил мальчишка.
— Лошадей? — Артём хмыкнул. — Даже не знаю.
— Как это не знаешь?!
— Ну, я выбирал машину по душе, а не по цифрам. А ты, вижу, специалист? — серьёзно поинтересовался Артём.
— Да! — гордо заявил малыш.
— А как зовут юного автолюбителя?
— Мишаня! А тебя?
— Артём. Руку, правда, не могу подать — за рулём.
— Хватит, Миша, не мешай дяде, — вмешалась мать.
— Да пусть говорит! Мишаня — молодец, — Артём взглянул в зеркало и встретился с её глазами. В груди стало тепло.
Город сверкал огнями, витрины сияли, у торговых центров уже стояли ёлки. До Нового года ещё месяц, но праздник уже витал в воздухе.
— Остановите здесь, — попросила женщина.
— Может, к подъезду подъехать?
Она покачала головой. Артём притормозил у длинной девятиэтажки.
Она вышла, держа дверь для сына.
— Миша, быстрее, — торопила она.
— Ты завтра за мной приедешь? — капризным голосом спросил мальчик.
— В воскресенье. Давай, не ной, а то нос заложит.
Мишаня нехотя выполз из машины. Женщина протянула Артёму деньги.
Он взял купюру, сложил и сунул в карман.
— Сохраню на память, — серьёзно сказал и протянул мальчишке руку. — Пока!
— Пока! — Миша вложил в его ладонь свою маленькую тёплую ручонку.
— Пошли, бабушка ждёт, — женщина потянула его за собой.
Через несколько шагов мальчик оглянулся, Артём помахал. Тут он заметил мужчину, подошедшего к ним от припаркованной машины. Тот поцеловал мать Миши, затем протянул руку мальчику, но тот отвернулся.
«Значит, новый ухажёр, а сын ревнует», — подумал Артём. От этой мысли почему-то стало приятно.
Он сел в машину, прибавил радио. Зазвучал Шуфутинский: «Ты моя мелодия, ты моя мука…» В салоне остался лёгкий аромат её духов. Артём даже обернулся, будто она всё ещё сидела сзади.
Но салон был пуст.
Кататься расхотелось. Он выключил песню, переключил волну, но её образ не выходил из головы. Обычная, милая. Но что-то в ней цепляло.
Несколько лет назад он влюбился в женщину старше себя, с ребёнком. Собирался жениться, но мать отговорила: «Она тебе не пара, сынок». Потом она жалела, видя, как Артём не может забыть ту. А та и вовсе вернулась к мужу.
И вот сегодня…
Он часто ездил мимо того дома, но так и не встретил их снова.
Наступил канун Нового года. Мама хлопотала на кухне, ёлка сверкала, по телевизору шла «Ирония судьбы». Артём выспался, помог накрыть стол, но ближе к ночи его потянуло на улицу.
— Мам, выйду ненадолго.
— Куда? Скоро бой курантов!
— Крутанусь по городу и вернусь.
Машину засыпало снегом. Он завёл мотор, включил печку. Улицы опустели, только запоздалые прохожие спешили домой.
На обочине голосовал мужчина в расстёгнутой шубе. Артём подобрал его. Тот, выходя, сунул пятьсот рублей. «Новогодняя щедрость», — усмехнулся Артём про себя. Потом подвёз пару, но с них денег не взял.
Затем он поехал по знакомому маршруту. Во дворах уже хлопали петарды.
И вдруг — увидел их. Они шли по тротуару. Её он узнал по бежевому пальто и белой шапке с помпоном. Рядом плелся Мишаня.
Артём резко остановился, вышел. Они напряжённо смотрели на него.
— Садитесь. Сегодня новогодний тариф — бесплатно.
Они подошли. Артём протянул руку мальчику.
— Привет, Мишаня.
Тот неуверенно посмотрел на мать, затем вложил в его ладонь свои замёрзшие пальцы.
— Варежки забыл? Садись скорее, греться будем.
— Вы не помните меня? ПодОни сели в машину, а когда бой курантов пробил полночь, Артём понял, что его новогоднее чудо уже сбылось.