**Не жалей. Значит, не любил**
— Ты не замёрзнешь в этом платье? На улице минус двадцать пять, а ночью и все тридцать обещают! — заглянув в комнату, озабоченно спросила мама.
— Да что я, на Северный полюс иду? В соседний дом! Ну не в ватнике же на именины тащиться, — отмахнулась Юля, покручиваясь перед зеркалом и подтягивая поясок.
— Артём за тобой зайдёт? — уточнила мама.
— Неа, у друга комп заглючил, чинит. Говорит, задержится, — ответила Юля, даже не задумавшись.
— Мог бы и завтра. Ты одна пойдёшь? Как-то неудобно, — вздохнула мама.
— Мам, ну что за древние заморочки! Кому какая разница, вместе мы придём или нет? Всё, мне пора, а то опоздаю, — Юля сунула туфли в пакет и направилась в прихожую.
Мама Артёма не жаловала — всё из-за того, что он как-то при всех чмокнул Юлю в щёку. «Не прилично это! Хоть какие-то рамки должны быть!» — отчитывала она дочь после его ухода.
Юля натянула тёплые угги, длинный пуховик и обмотала шею пуховым шарфом.
— И без шапки?! — ахнула мама.
— Волосы же уложены! Ладно, я пошла! — дверь захлопнулась за ней.
Мама что-то кричала вдогонку, но Юля уже неслась по лестнице, предвкушая весёлый вечер и встречу с Артёмом.
Их роман разгорался стремительно. Юля тайно надеялась, что вот-вот он сделает предложение.
Мороз тут же впился в лицо и руки, норовя пробраться под пуховик. Юля закуталась в шарф и зашагала к дому подруги. «Главное, чтоб Артём поскорее пришёл», — думала она. Полчаса назад позвонила ему. «Не отвлекай — быстрее справлюсь», — бросил он в трубку. Больше она не звонила.
В подъезде Юля откинула шарф. Лифт ждать не стала — полезла по лестнице, чтобы согреться. Хоть и жили они с Ленкой через два дома, замёрзла изрядно.
Дверь в квартиру была приоткрыта. Видимо, кто-то из гостей выходил покурить и не притворил. Или Ленка специально оставила для опоздавших. «Отлично, меньше внимания», — подумала Юля, шагнув в полутьму прихожей. Её тут же оглушили музыка и гвалт.
Скинув пуховик, она сунула шарф в рукав. На вешалке висело столько курток, будто там собрался весь район. Юля кое-как пристроила свою и, дрожа от холода, надела туфли, затем шагнула в зал.
Яркий свет резанул глаза после тёмного коридора. Человек десять плясали под музыку вокруг стола, заставленного закусками. Ленку среди них не было.
Юля протиснулась к кухне, но дверь внезапно распахнулась, и на неё налетела раскрасневшаяся Лена — глаза горят, губы в помаде, улыбка до ушей. Увидев Юлю, она замерла.
А за её спиной стоял Артём, приглаживая растрёпанные волосы.
— Ты уже пришёл? — спросила Юля, переводя взгляд на Лену.
Та тут же оправилась и заулыбалась, будто так и надо.
— Ты где торчишь? Всё давно началось! Пойдём танцевать или хоть выпьем! — Лена прошла мимо, будто ничего не случилось.
— Ты даже не позвонил. Даже не заметил, что меня нет? Или был занят по уши? — голос Юли дрожал.
— Да я сам только пришёл! — Артём потянулся к ней, но она отпрянула.
От него пахло духами Лены.
— Юль, ты чего? Мы там просто бутерброды резали! — оправдывался он.
— Помаду бы сперва со щеки стёр… Держи, передай, — сунула она ему пакет с подарком и бросилась к выходу, расталкивая танцующих.
В прихожей натянула сапоги, схватила пуховик и вылетела на лестницу. Шарф выскользнул из рукава и упал на ступеньки. Когда она наклонилась за ним, из квартиры выскочил Артём.
— Юль, ты не так поняла! — крикнул он, но она уже неслась вниз.
Мороз снова ударил по лицу. Вспомнила про забытые туфли, но возвращаться не стала. «Как он мог? Пришёл раньше, даже не позвонил… И Лена… Подруга, ага…» Юля давилась слезами и шла куда глаза глядят. Очнулась, лишь когда ресницы слиплись от слёз, а нос онемел.
«Куда теперь? Домой? Мама начнёт: «А я тебе говорила!» Может, в церковь? Там служба… Нет, далеко».
Она оглянулась и поняла, что ушла уже далеко. Зашла в круглосуточный, чтобы отогреться. Теперь жалела, что надела платье. «Температура — и пусть мучаются!»
В магазине было пусто. Кассирша скучающе разглядывала её. Юля накинула шарф на голову и вышла.
Вдруг услышала скрип снега и тяжёлое дыхание. Оглянулась — парень в чёрном худи с капюшоном. Улица была пуста. Юля ускорила шаг, но он не отставал.
— От кого бежишь? — спросил он.
Юля сделала вид, что не слышит.
— Обидели? Бросил парень? Не жалей. Бросил — значит, не любил, — снова сказал он.
Юля остановилась, хотела огрызнуться, но встретила его тёплый взгляд. Угрозы в нём не было. Она опустила глаза и пошла дальше.
Молча дошли до её дома.
— Спасибо, что проводил, — сказала Юля у подъезда.
— Пожалуйста. Нельзя же тебя одну оставлять. Я — Кирилл. А тебя?
— Юля. И номер телефона теперь просить будешь? — усмехнулась она.
— А дашь? — улыбнулся он в ответ.
— Почему нет? Лови… — назвала цифры. — Пока! — кивнула и скрылась в подъезде.
По тишине за спиной поняла — он не пошёл следом.
— Я позвоню! — донёсось, когда она уже открывала дверь.
Поднимаясь по лестнице, Юля с удивлением осознала — плакать о Артёме больше не хочется.
— Чего так рано? — спросила мама. Сидела перед телевизором, ждала рождественскую службу.
А через месяц Кирилл позвал её на первое свидание, и с тех пор они больше не расставались.