— Мне кажется, твоя мама меня недолюбливает. Почему? Я ведь ничего плохого ей не сделала, — спросила Света.
— Кирилл, куда ты так несёшься? Хоть поешь нормально, — строго сказала Валентина Петровна.
— Мам, я опаздываю. — Кирилл откусил половину бутерброда, хлебнул кофе и рванул из кухни.
— Гастрит заработаешь… — буркнула Валентина Петровна, ковыляя за сыном на своих коротких ножках. — К своей Свете бежишь? И что ты в ней нашёл? Даша — красивая, статная девушка, да ещё и без ума от тебя. Она тебе больше подходит. Вы бы смотрелись отлично.
Кирилл молча завязывал шнурки, доедая бутерброд.
— Совсем как ребёнок. — Мама покачала головой. — Пять минут бы твоя Света подождала, не померла бы.
— Мам, хватит. — Кирилл выпрямился, поправил футболку. — Это моя жизнь. Я сам разберусь, кто мне нравится.
— Разберёшься. А потом опомнишься, да поздно будет. Такая девушка, как Даша, долго одна не засидится… — Последние слова Валентина Петровна произнесла уже в закрытую дверь.
Она недовольно сжала губы и вернулась на кухню. Доела оставленный сыном бутерброд, уставившись в стену. Потом с яростью принялась чистить плиту. Когда она злилась или нервничала, всегда бралась за уборку — драила что-нибудь до блеска.
Когда раздался звонок, она подумала, что Кирилл что-то забыл. Но вместо сына на пороге стояла Света. Худая, как тростинка, с большими серыми глазами, в которых читалось детское ожидание чуда.
— Валентина Петровна, здравствуйте. Кирилл дома?
— Ушёл пять минут назад. Разминулись? — ответила та, натянуто улыбаясь. Сложно было понять, рада она гостье или довольна, что её слова сейчас расстроят Свету.
— Жаль. Передайте ему, пожалуйста, что я заходила. Мы с мамой уезжаем к бабушке — её в больницу положили.
— Передам, куда ж без этого? А сама ему позвони, скажешь.
— Я звонила. Телефон выключен.
Валентина Петровна всегда требовала, чтобы дома телефон был на беззвучке. Говорила, что звонки у неё головную боль вызывают.
Когда через полчаса Кирилл вернулся хмурый, она с ехидцей спросила:
— Что так рано, сынок?
— Она не пришла. И дома её нет. Мам, Света не приходила?
— А разве должна была? — притворно удивилась Валентина Петровна. — Всё может быть. Никуда твоя Света не денется, найдётся.
Позже Кирилл ушёл на тренировку, а Валентина Петровна отправилась в магазин, предварительно выдраив плиту до зеркального блеска. Там она столкнулась с Дашей, бывшей одноклассницей сына.
Для Валентины Петровны внешность женщины имела значение. А Даша была настоящей красавицей, не то что эта большеглазая худышка Света. Да и отец её работал в мэрии — это кое-что значило. С таким тестем у Кирилла была бы и работа хорошая, и жильё… Не век же ему спортом заниматься.
— Здравствуй, Дашенька, — сладким голосом протянула Валентина Петровна. — Что-то ты к нам не заглядываешь.
— Здравствуйте. А смысл? У Кирилла же девушка есть.
— Брось. А ты прояви инициативу, в кино позови, погуляйте.
— Да я пробовала, он вечно занят.
— Знаю, чем он занят, — махнула рукой Валентина Петровна. — Кстати, Света сегодня уехала. На неделю. Так что не упускай момент. Заходи вечерком, чай попьём.
Даша действительно пришла вечером. Валентина Петровна тактично удалилась на кухню «поставить чайник», красноречиво кивнув на комнату сына. Даша постучала и вошла. Кирилл лежал на диване, уставившись в потолок.
— Привет. Сегодня встретила твою маму в магазине, она меня позвала. Чего такой грустный? Может, в кино сходим?
— Даш, я с тренировки, выжат как лимон. В другой раз, ладно?
— Договорились, — легко согласилась Даша.
Она расспрашивала про спорт, соревнования — всё, что интересовало Кирилла, кроме Светы. Потом они пили чай на кухне, и Валентина Петровна намекнула, что сыну стоит проводить Дашу — одной по темным улицам ходить опасно…
***
Света обожала бабушку. Из-за неё и поступила в мединститут. Бабушка не любила больницы, и Света в детстве обещала: «Вырасту и сама тебя лечить буду». Вот уже и четвёртый курс позади.
Врачи сказали, что ничего страшного — просто давление, неделю под наблюдением, и можно домой. Света обрадовалась и собралась уезжать.
— Куда ты? Каникулы же. Твой Кирилл никуда не денется, — проворчала мама.
— Мам, бабушке лучше. Побудь с ней, а когда Кирилл уедет на соревнования, я приеду и сменю тебя.
— Ладно, поезжай, — вздохнула мама.
«Кирилл хороший парень. Но так с ума сходить…» — мама вспомнила, как сама когда-то безумно любила отца Светы. Казалось, это навсегда. Но когда Свете было восемь, он ушёл к другой. «Может, дочери повезёт больше…»
Света, не заходя домой, сразу побежала к Кириллу.
Дверь открыла Валентина Петровна. Взгляд её был как стена.
«Опять эта прилипала. Как раз когда у Кирилла с Дашей стало налаживаться…» — но вслух она сказала кисло:
— Кирилла нет. Не знаю, когда будет.
— Передайте, что я заходила, — Света повернулась, а за её спиной дверь уже закрывалась.
Она снова набрала номер Кирилла. Молчит. Специально не предупредила, что вернётся раньше — хотела сюрприз. Спустилась на лестничную площадку, встала у окна — отсюда виден весь двор.
Ждала долго. Какой-то дед неодобрительно косился на неё. Уже хотела уходить, как увидела Кирилла. И не одного — к нему вышла Даша. Та самая, бывшая одноклассница. Подбежала, обняла и… поцеловала в щёку. Не просто чмокнула, а именно поцеловала, задержавшись на секунду.
Кирилл не оттолкнул её.
Света отпрянула от окна, медленно пошлаОни прожили долгую и счастливую жизнь, окружённые детьми, внуками и тёплыми воспоминаниями о том, как любовь всё же победила.