Между ними была бездна…
Анастасия Петровна долго не могла прийти в себя после развода с супругом. Она догадывалась о его изменах, но правда всё равно обожгла душу. Была семья, общий дом, планы на будущее… Теперь ничего не осталось. Дмитрий просто ушёл, растворился в чужой жизни.
Лето клонилось к осени, а Анастасия не замечала ни солнца, ни шума Москвы, ни радуги после ливня. Однажды ночью, истомившись от духоты и бессонницы, она вдруг осознала: так больше нельзя. Он живёт, а она — медленно гаснет.
«Здесь всё о нём напоминает. Надо уехать. Но не за границу, не в шумные курорты — а туда, где тихо. В деревню. В бабушкин дом…» Мысль пронзила её, будто молния. Она даже привстала на кровати. Ночная рубашка прилипла к спине.
Бабушка умерла три года назад. Перед смертью долго болела. А Дмитрий уговорил её съездить в Италию: «За десять дней ничего не случится». Весть о кончине застала их в Венеции. «Билеты не поменять, на похороны не успеть…» И она покорно согласилась, как всегда.
Мамин новый муж владел дачей под Подольском, а бабушкин дом в деревне Малиновке так и стоял заброшенным. Мать давно собиралась его продать, да всё откладывала.
В детстве Настя каждое лето гостила у бабушки. А потом — институт, работа, городская суета… На могилу даже не съездила, теперь и не вспомнит, почему.
От нетерпения ладони зачесались. Анастасия схватила телефон, хотела позвонить матери — спросить про ключи. Но время на экране показало: глубокая ночь. Она откинулась на подушку. Теперь она знала, как спастись. С мыслями о сборках, о встрече с домом, незаметно уснула.
Утром позвонила матери.
— Наконец-то очнулась! Хватит по Дмитрию убиваться, — мать тут же начала привычные увещевания.
— Мам, не надо. Где ключи?
— Да в прихожей, в комоде. Приезжай, взгляну на тебя. Дом в порядке. Весной тётя Галя заходила — помнишь, соседка? Говорила, дом как новенький. Спрашивала, не продаём ли…
— Нет. Я одна поеду. За ключами заеду после работы.
Весь день мысли крутились вокруг деревни. Начальница агентства, где работала Анастасия, сама пережившая развод, выслушала её. «Пыталась заткнуть пустоту работой — не вышло. Надо уехать». Та нехотя отпустила.
Вечером забрала ключи, собрала чемодан — немного, на всякий случай. Но ночь прошла спокойно. Утром, выпив кофе, она выключила свет, газ и — наконец — вышла из квартиры.
Город ещё спал. Над крышами алел рассвет. От волнения Анастасия напевала под радио.
Дорогу не забыла. Дом стоял на месте, двор даже подкошен. Выйдя из машины, она окунулась в тишину. Не ту, мёртвую, а живую: стрекот кузнечиков, крики петухов, лай собак. Но после московского грома — здесь казалось безмолвием.
В доме пахло сыростью. Анастасия запретила себе сомневаться. Натаскала воды из колодца, вымыла полы, хотя пыли почти не было. Развела печь — и когда огонь захлопал языками, почувствовала себя победительницей.
Соседи похаживали мимо, косились на машину, но внутрь не заходили — не принято.
Вскоре стало жарко. Она разложила на кровати одеяло, подушки у печки — пусть сохнут. На речку не пошла, слишком много глаз. Но к вечеру всё же выбралась.
Река за деревней текла неспешно. Вода с берега казалась чёрной, маслянистой. Анастасия отошла подальше, сбросила сарафан и нырнула.
— Кого это рыбачит? — раздался за спиной голос.
Она резко обернулась. Перед ней стоял Алексей. Повзрослевший, загорелый, но узнаваемый. Её первая любовь. В руках — удочка и связка рыбы.
Сердце прыгнуло в горло. Воспоминания нахлынули волной.
Вот почему она не приезжала сюда. Из-за него. Когда-то ради Алексея готова была остаться в деревне. Мать не пустила: «К чему такая любовь приведёт?»
Алексей обещал приехать в Москву — но так и не появился. Потом бабушка обмолвилась: женился. Анастасия больше не приезжала. На третьем курсе встретила Дмитрия — вышла замуж скорее назло, чем по любви…
— Одна? Без мужа? — спросил Алексей.
— Одна. Откуда знаешь про мужа?
— Бывал здесь. Видел вас.
— Когда? — но она уже вспомнила.
Тогда они собирались на свадьбу друзей. Дмитрий зашёл за ней, они вышли вместе… Краем глаза Анастасия заметила знакомый силуэт и подумала — показалось.
— Приезжал объясниться. Про Лену… Оправдываться не буду. Было однажды. Потом она заявила, что беременна. Куда деваться? Женился. Ванька уже в третий класс ходит, Машка подрастает…
Анастасия усмехнулась.
— Дочку… — он тяжело вздохнул. — С Леной не сложилось. Что ни скажу — всё не так. Ты городская, я — деревенский. Бездна между нами. А Ленка своя… Так я думал.
Она стояла в купальнике. Взгляд Алексея обжигал. Накинула сарафан — тот мгновенно прилип к мокрой коже.
— Замёрзла?
Они пошли к деревне. У первых домов Анастасия предложила разойтись.
— Здесь все всё видят. — Алексей замедлил шаг. — Но не бойся.
— Правильно приехала. На югах — суета. А тут тишина, воздух… Грибов — море! Завтра в лес сходим?
Она сказала, что подумает.
Ночью не спалось. Дом скрипел, мыши шуршали. На рассвете Анастасия ушла в лес. Дорогу знала — но вдруг услышала треск. Огромный зверь продирался сквозь чащу… Она побежала — и заблудилась.
— Опасно одной, — Алексей появился как из-под земли.
— Там кабан…
Он заглянул в её почти пустую корзинку и стал пересыпать свои грибы.
— Не надо! — протестовала она.
— Лена ругается — устала чистить.
Они шли обратно. Алексей поглядывал на неё, а она ловила эти взгляды — и впервые за дни не вспомнила Дмитрия.
— Иди прямо — выйдешьИ когда через несколько лет они случайно встретились в том же лесу, уже не как потерянные, а как нашедшие друг друга навсегда, Анастасия поняла, что пропасть между ними осталась лишь в прошлом.