**Второе дыхание**
Иван не был красавцем с обложки журнала. Работал простым инженером на тракторном заводе. Пиво – только по пятницам, курение не жаловал. Женат двадцать два года, глаз на сторону не пялил.
Дочь вышла замуж и укатила с мужем в Москву. Внуками не спешила порадовать. Иван не рвал на себе волосы – дети это шум, бардак и по утрам каша в волосах. А ему привычнее тихие вечера в кресле перед телевизором. Куда торопиться? Внуками ещё успеет нанянчиться.
Жена Галина – прямо скажем, золото: аккуратная, ухоженная, дома – чистота, пахнет пирогами, на праздники – шарлотка и мясо по-столичному. Одним словом, жизнь удалась.
Возвращался с работы за рулём своей «Лады», щурясь от закатного солнца, предвкушая ужин и отдых перед теленовостями.
Иван зашёл в квартиру, скинул ботинки в прихожей и прислушался. Обычно Галя уже выглядывала из кухни: «Суп на столе!» Но сегодня – тишина. В груди кольнуло. Прошёл в комнату. Галина стояла у шкафа, вытаскивала платья и швыряла их на диван, рядом – распахнутый чемодан.
— Куда собралась? К дочке в Москву? Неужто беременна? — спросил Иван.
Галя, не глядя на мужа, принялась складывать вещи.
— Ты что, оглох? Кричу, а ты не слышишь! Куда? — Иван уже повышал голос.
Галина оглядела комнату и попыталась захлопнуть чемодан, но тот упрямо не закрывался.
— Вместо дурацких вопросов лучше бы помог! — Она сдула с лица непослушную прядь.
— Я спрашиваю, куда ты собралась с вещами? Разве это дурацкий вопрос?! — в голосе Ивана зазвенели нотки раздражения.
— Ухожу от тебя, — бросила жена, глядя в пол.
— Почему? — Иван приподнял бровь.
— Надоело. Поможешь или нет?
— ЧТО надоело?! — Иван надавил на чемодан, защёлкнул молнию одним движением.
— Всё! Ты надоел, плита надоела, эти вечные вечера у телевизора…
— Ну так скажи прямо! Могли бы в кино сходить, — брякнул Иван первое, что пришло в голову.
— Чтобы краснеть, когда ты начнёшь храпеть в зале? Дни идут, а жизнь проходит! — в голосе Галины дрожали обида и злость.
— Так жизнь вообще-то всегда проходит, — философски заметил Иван.
— Не умничай! А я хочу, чтобы было что вспомнить в старости! Что у меня? Жареная картошка? Ты с газетой перед «ящиком»?!
— Думаешь, мне больше некуда пойти? Я ухожу к тому, кто видит во мне Женщину, а не кухонную прислугу! Кто пишет мне стихи… — Галина закатила глаза.
— А я? — Иван вдруг понял всё.
— А ты живи, как привык. Только готовь себе сам. Ты даже не заметил, что я два месяца назад подстриглась… — Она усмехнулась, подхватила чемодан и потащила его в прихожую, оставляя на ковре следы от колёсиков.
Пока Галина натягивала пальто, Иван смотрел на две вмятины на ковре. Ему казалось, что чемодан проехался прямо по его сердцу.
Дверь хлопнула. Иван вздрогнул. Теперь он точно понял – жена ушла.
На кухне чайник остыл. В холодильнике – кастрюля щей, кусок колбасы, банка тушёнки, яйца и пол-литра молока. Аппетит пропал.
Иван вернулся в комнату и сел на диван. Ни газета, ни телевизор не радовали. Раньше было уютно, даже когда Галя шум— Живёшь, — сказал он вслух, глядя на пустой диван, и вдруг понял, что привыкнуть к тишине — самое страшное, что может случиться с человеком.