Уезжаешь, милый, вспоминай меня…
Иван притормозил у высокого железного забора, где раньше стоял невзрачный штакетник. На секунду засомневался — не ошибся ли? Нет, второй дом перед поворотом. Он помнил это место, ведь мысленно возвращался сюда снова и снова. Из машины даже крыши не было видно, настолько разросся сад.
Он то и дело поглядывал в зеркала — не идёт ли кто? Одинокий автомобиль с водителем на пустынной улице мог привлечь лишнее внимание. «Что я тут делаю?» — спрашивал он себя. Чем дольше сидел, тем меньше оставалось решимости выйти.
Вдруг из калитки вышла девушка с лабрадором. На мгновение Ивану показалось, что это Наталья. Такие же каштановые волны, та же лёгкая походка. Лица он не разглядел. «Не может быть… Прошло пятнадцать лет. Ей уже под сорок, а этой — лет двадцать. Или дочь? Но у Натальи не было детей… Догнать, спросить? А что скажу? Будет выглядеть странно — немолодой мужчина пристаёт к юной девушке…»
Он откинулся на спинку сиденья, включил радио и замер в ожидании. Минут через двадцать из-за поворота вновь показалась та же пара. Приближаясь, Иван понял: ничего общего с Натальей. Когда между ними осталось метров сто, он вышел из машины.
Лабрадор рванулся навстречу, натягивая поводок.
— Спокойно, Барс, — придержала пса девушка.
— Извините. Здесь раньше жила Наталья. Или я ошибся… — Иван вдруг вспомнил, что даже фамилии её не знал.
— Наталья — моя мама. А вы кто? — спросила девушка, пристально разглядывая его.
— Я недавно вернулся в город. Не знал, что у неё есть дочь. — Иван покосился на собаку и остался на месте.
— Давно не были здесь?
— Пятнадцать лет.
— Тогда вы точно не мой отец, — рассмеялась девушка. — Я ей не родная. Родители скоро приедут. Подождёте? — Она направилась к калитке.
Иван пожал плечами:
— А вы не боитесь? Незнакомый мужчина…
Девушка нахмурилась:
— Нет. Почему вы решили, что я одна? Барс меня защитит, да и камеры в доме есть. Идёте?
Он поставил машину на сигнализацию и последовал за ней.
Двор перед двухэтажным домом был ухожен, но без излишеств — кусты слегка разрослись, трава требовала стрижки. Дорожка, выложенная серой плиткой, вела от ворот к крыльцу.
Дом изменился, но это был тот самый. Пятнадцать лет назад он казался Ивану дворцом — тогда он ютился в общаге, а до этого — с родителями и младшей сестрой в тесной двушке. Теперь у него был такой же, даже просторнее.
Раньше обстановка здесь была скромнее. Теперь — дорогая мебель, огромный телевизор на стене, мягкий ковёр, заглушающий шаги.
— Хотите чего-нибудь выпить? Бар там, — кивнула девушка, направляясь к лестнице.
— Я за рулём, — ответил Иван. — Как вас зовут?
— Лада. Я на минуту — переоденусь.
Он остался один. Ни одной фотографии на полках. Сегодня он застал в этом доме всё иное — даже камин, которого раньше не было. Устроившись в кресле перед ним, Иван задумался…
***
— Ну пожалуйста, поехали со мной! Таня подругу позвала. Что я там один делать буду? — уговаривал Сашка.
— Завтра экзамен, — буркнул Иван, уткнувшись в конспект.
— Несколько часов ничего не решат. Всё равно не выучишь. Лучше с ясной головой идти. Ну Вань, ну давай! У Тани подруга точно красавица, — не унимался Сашка.
— Ладно. Но ненадолго.
— Вот и славно! Ты настоящий друг. Глядишь, не пожалеешь. Только на Таню не засматривайся — она моя, — предупредил Сашка.
Они приехали в коттеджный посёлок с опозданием. В гостиной играла музыка, на столе стояла бутылка вина, закуска, фрукты.
— Ну наконец-то! — обиженно протянула Таня. Яркая, смуглая, ослепительная.
— Ваню уговаривал. У нас завтра экзамен, — оправдывался Сашка, обнимая её за талию.
— Тогда не будем терять времени, — Таня сменила гнев на милость и потянула его к столу. — Наливай! Наташка, ты где? — крикнула она наверх.
Вскоре спустилась девушка в простом ситцевом платье. Рядом с Таней она казалась скромной, но что-то в ней сразу привлекло Ивана.
— Моя подруга Наталья, — представила Таня и прибавила громкость.
Выпив, Сашка с Таней пустились в пляс.
— Может, и мы? — предложил Иван, отправляя в рот виноградину.
— Пошли. Только на «ты», — просто сказала Наталья.
Она танцевала легко. Иван, держа её за талию, разглядывал: ни грамма косметики, только длинные ресницы над тёмно-синими глазами, которые казались то глубокими, как ночное небо, то яркими, как васильки. На пухлые губы он старался не смотреть.
Музыка сменилась, но они продолжали кружиться.
— А где Таня с Сашкой? — Наталья оглядела комнату.
Парочка куда-то исчезла. Они остались вдвоём, и неловкость повисла в воздухе.
— Мне пора. Да и тебе завтра экзамен, — сказала Наталья.
— Провожу, — вызвался Иван.
Они почти не говорили по дороге. У её дома он остановил её на пороге:
— Увидимся завтра?
— Посмотрим, — она вырвала руку и скрылась за дверью.
Он шёл до общаги, думая о ней. О её глазах, о том, как дрожали её ресницы… Сашка вернулся под утрА когда он наконец завёл машину и тронулся с места, в зеркале остался лишь пустой переулок, где ветер гнал по дороге жёлтый лист, будто провожая его в прошлое, которое больше никогда не вернётся.