**Как будешь жить с мыслью, что дитя твоего мужа, Дашу, отправят в детдом?..**
Выходной, можно понежиться в кровати. Но Анна потянулась, сбросила одеяло и встала. Умылась, заварила свежий чай, потягивала его мелкими глотками, глядя в окно на унылый двор с облезлыми деревьями и лужами после дождя. Небо затянуто серым саваном, вот-вот засыплет мелкой снежной крупой.
Но на улицу выйти надо, хотя бы чтобы вынести мусор. Хватит киснуть в четырёх стенах. Ничего не изменить, Сашу не вернуть. Когда умирает близкий, кажется, что часть тебя ушла вместе с ним. Анна чувствовала внутри пустоту, которую, как ни старалась, не могла заполнить. Время не лечит — оно загоняет боль глубже, стирает воспоминания. Она устала от слёз, тоски, бессилия. Как жить без Саши? Ради чего?
Они познакомились в институте. На первой же лекции он сел рядом. Симпатичный парень с живыми глазами, полными любопытства, как у неё самой. Потом вместе бегали по коридорам в поисках аудиторий, в перерывах мчались в столовую.
К пятому курсу понимали друг друга без слов, будто супруги, прожившие вместе десяток лет.
— Как я без тебя? Не представляю. Сдадим госы — и разъедемся. Может, не будем расставаться? — однажды спросил Саша.
— Что предлагаешь? — прищурилась Анна.
— Выходи за меня.
— Это предложение? — она сделала серьёзное лицо. — А я возьму и соглашусь.
— Правда? — расплылся в улыбке.
— Чему радуешься? Для свадьбы мало слов. Нужна любовь.
— Мы с тобой сроднились. Кто сказал, что я тебя не люблю? А ты?
Анна тысячу раз задавала себе этот вопрос. И всегда отвечала: да. Умерла бы, если б он увлёкся другой. В конце августа сыграли свадьбу. Анна жила с родителями, Саша приехал в город из глубинки.
Родители скинулись, купили молодым однокомнатную. Дети подождут — так решили оба. Анне казалось, будто играют в семью, но годы шли, они были счастливы. Через два года Саша с другом Игорем открыли свой бизнес.
Анна не рисковала — осталась на работе. Если что, будет подстраховка. Но у них всё получилось. Она перешла к мужу, взяла бухгалтерию, чтобы не было неожиданностей.
Через два года купили трёшку, машину, дважды в год летали за границу. Привозили тонны фото. После смерти Саши Анна удалила все файлы — не могла смотреть, сразу слезы.
Она помнила тот день в деталях. Выходной. Завтракали. Вдруг Саше звонок — он торопливо собрался.
— Куда?
— Игорь косяк допустил, клиент деньги забирает. Поеду разбираться. — Чмокнул её в щёку и ушёл.
Если б знала, что видит его в последний раз… Никаких предчувствий. Потом корила себя: зачем отпустила одного?
Через час звонок из полиции: авария, срочно в больницу. Она вызвала такси. Если б Саша погиб, так и сказали бы. Анна верила, что он жив, пока капитан не повёл её в морг.
Смерть Саши убила и её. Похоронами занимался Игорь. Говорил: не спеши на работу, приходи в себя…
Анна переоделась. Весь день ходила в шортах и майке — Саше нравилось, говорил, сексуально.
Прошло два месяца. Пора выходить из скорлупы. Завтра понедельник — время сделать первый шаг. Если не справится, предложит Игорю выкупить её долю, уедет в отпуск, потом найдёт новую работу.
Она вышла на улицу с мусором. Погода оказалась мягче, чем казалось из окна. Выбросила пакет, решила прогуляться. Зашла в магазин, купила платье василькового цвета — не удержалась. В старом она выглядела, как вешалка.
Подруга Наташа как-то сказала: если б она погибла, а не Саша, он не заперся бы в четырёх стенах. Анна согласилась. Мужчины иначе переживают.
На следующий день в офисе ей сыпали комплименты, но за спиной шептались. Подписывала документы — сначала читала, потом просто ставила подпись.
Домой поехала на автобусе. Машину Саши не восстановили. Вышла раньше, пошла пешком. Лёгкий шарф трепало ветром. Ещё немного — и будет дом.
— Ишь, разоделась. Денег мужниных хватает, вот и щеголяет. А ребёнок голодает, — донеслось со скамейки.
Там сидела старуха, смотрела прямо на Анну.
— Это мне? — Анна остановилась.
— Тебе. Ты Анна Сергеевна Воронина. Саша твой муж. Верно? — Старуха сверлила её чёрными глазами.
— Какой ребёнок? — Не надо было вступать в разговор, но любопытство пересилило.
— Его ребёнок. Твоего мужа. — Старуха хмыкнула.
— У нас с Сашей не было детей, — закипела Анна.
— А я про вашего и не говорю. Садись, а то упадёшь.
Анна машинально села.
— Твой муженёк с моей соседкой Дашкой крутился. Как забеременела — он аборт не дал делать, деньги слал. Сам не приходил. У неё родителей нет. Если что, я с Алёшкой сидела. А как твой погиб, она без гроша осталась. Вот и думаю: ты баба, пусть бездетная, но помочь должна.
— Этого не может быть, — прошептала Анна.
— Видела его у Дашки своими глазами. На иконе поклясться могу. — Сунула бумажку. — Адрес и телефон. Сама всё узнаешь.
Анна взяла записку.
— Саша не мог…
— Детдом — куда дитё отправится. Как с этим жить будешь?
Анна встала и побрела домой, дрожа.
Дома перебирала слова старухи. Нет, не верю. Хотела позвонить Даше, но передумала. Вместо этого вызвала Наташу.
— Что делать? — спросила, выложив всё.
— Жена всегда последняя узнаёт, — задумалась Наташа. — Не звони ей. У меня есть знакомый, частный детектив. Сейчас позвоню.
Через час пришёл небритый мужчина в помятых брюках. От него пахло перегаром.
— Срочное дело? Говорите быстрее.
Анна повторила историю.
— Вот деньги на расходы. — Она протянула пачку. — Не беспокойтесь, у меня есть средства. Собираюсь продать долю в бизнесе Игорю.
— Вы ему уже сказали? — оживился детектив.
— Нет.
— И не надо. ДАнна выдохнула, перевела взгляд на бумажку в руке, разгладила её дрожащими пальцами и, не осознавая до конца своих действий, набрала номер Даши.