— Отдай мне моего сына. Я сделаю для тебя всё, что захочешь, — выдохнула Наталья, из последних сил сжимая кулаки.
— Да не пропадет твой отец! Ему всего сорок три, — зло скривила губы Ирина. — Думаешь, он до старости будет плакать по твоей матери? Мечтаешь. По статистике, одиноких женщин вдвое больше. Рано или поздно какая-нибудь дама его приберёт к рукам. Так что давай собирайся в Питер, не мешай отцу устраивать жизнь. Или хочешь, чтоб он до гробовой доски сидел в одиночестве?
Они жили в тихом городке под Ленинградом. Когда девочки учились в десятом классе, мать Натальи попала под грузовик. Она и отец едва пережили потерю. На Наташу свалились все заботы по дому, но она справлялась, не забросила учёбу и сдала ЕГЭ на отлично.
А Ирина мечтала сбежать из захолустья в Северную столицу и уговаривала Наташу поехать вместе.
— Отец до сих пор в трауре, не может смириться. А если и я уеду? Нет, не брошу его, — упрямилась Наташа.
— Да очухается он! — Ирина фыркнула. — Через месяц какая-нибудь дама его пристроит. Не мешай человеку жить. Или ты хочешь, чтоб он до смерти чах в одиночестве?
Грубые слова резали Наталью, но доля правды в них была. В конце концов, она поговорила с отцом.
— Поезжай, дочка, не переживай. Я справлюсь. Питер-то рядом. На край света не уезжаешь. Не понравится — всегда вернёшься, — уговаривал он.
И Наталья уехала с Ириной. Учёба ей давалась легко, она могла поступить в университет. Но у Ирины баллы были средние, и она рвалась в педучилище. Наташа не хотела бросать подругу, так что поступила за компанию. Жили в одной комнате в общаге.
Первое время Наталья каждые выходные ездила к отцу. Но после Нового года стала замечать перемены: он стал бодрее, холодильник был полон еды. Признался, краснея:
— Это соседка Татьяна помогает… в общем…
Наталья улыбнулась:
— Да живите вместе! Я только рада.
И стала приезжать реже, чтобы не мешать.
Ирина же учёбу забросила, пропадала в клубах, а то и ночевала где-то. Наташа покрывала её перед преподавателями.
— Ты вообще учёбу забила? Доиграешься — выгонят или забеременеешь, — ворчала она.
— Без паники! Всё под контролем, — отмахивалась Ирина. — А ты всё с Сашкой за ручку?
Сессию Ирина сдала кое-как, только благодаря Наталье. Но в последнее время стала нервная, будто что-то гложет.
— Что с тобой? — спросила Наташа в электричке, когда ехали домой.
Тогда Ирина выпалила:
— Беременная.
— Боже! Что теперь делать?
— Рожать не буду. Одолжи денег у отца, — потребовала Ирина. — Мать мне не даст.
— Ты с ума сошла?! Ты же говорила, что всё под контролем! — Наталья ахнула.
— Ну, пару раз не получилось… Одолжишь?
— Нет! Потом бесплодной останешься. Скажи своему парню.
Ирина скривила губы:
— Сказала. Он сразу слинял. Мать меня убьёт…
— Остынет, — утешала Наталья.
— Да ладно! Первым делом прибьёт, а потом, может, и отойдёт. Натка, помоги!
Наталья не стала просить денег у отца. Не могла участвовать в убийстве ребёнка. Решила: пусть родит, а она поможет. Может, Ирина потом спасибо скажет.
Узнав, что денег не будет, Ирина взорвалась:
— Предательница!
Но аборт она так и не сделала. В маленьком городе все на виду, боялась, что кто-то донесёт матери. А к осени было уже поздно.
На зимние каникулы Ирина домой не поехала — живот уже выдавал. Но мать вдруг сама приехала. Увидев её, Ирина спряталась, а Наталья вышла встречать.
— Она на практике, в интернате, — врала, краснея, Наталья.
Мать оставила гостинцы и уехала.
— Надо было сказать правду! — упрекнула её Наталья.
— Да ладно! Увидела бы мой живот — убила бы. Как я одна с ребёнком? В роддоме оставлю.
— Как тебе не стыдно?! — Наталья ахнула.
— Что, жалко? Забирай себе, святоша! — крикнула Ирина.
В феврале Наталью разбудил стон. Ирина корчилась от боли.
— Началось? — Наталья вызвала скорую.
— Без ребёнка обратно не пущу! — крикнула им вдогонку вахтёрша.
Через три дня Ирина вернулась одна.
— Где ребёнок? Ты его оставила?! — Наталья схватила её за руку.
— Отстань! — Ирина оттолкнула её и легла, отвернувшись.
Через неделю она исчезла, собрав вещи. Наталья звонила, но Ирина лишь бросила:
— Всё хорошо. Учись, ботаничка.
Больше они не виделись.
Окончив училище, Наталья с сыном вернулась домой. Отец жил с Татьяной, а её квартиру сдавали. Но для Натальи освободили — так всем было удобнее.
Прошло четыре года.
Наталья устроилась в детсад, чтобы быть рядом с Ваней. Однажды, возвращаясь домой по снежным сугробам, она услышала:
— Наташка! Это ты?
Перед ней стояла шикарно одетая Ирина с мужчиной.
— Ты… к матери? — Наталья невольно прикрыла Ваню.
— Да. Это Сергей, мой муж. А это твой сын? — Ирина усмехнулась. — Неужели Сашка тебя уговорил?
— Нам надо домой, — резко оборвала её Наталья и увела Ваню.
Вечером раздался звонок.
— Это мой сын? Ты его усыновила? — голос Ирины звучал напряжённо.
— Нет. Он мой, — ответила Наталья, но сердце бешено колотилось.
— Врёшь! Он — вылитый отец. Завтра в кафе.
На следующий день Наталья пришла.
— О чём ты хотела поговорить? — спросила она, сжимая дрожащие руки.
— Бог меня наказал. Три выкидыша. Сергей мечтает о сыне… А Ваня здоровый, умный… — Ирина говорила, не глядя на неё.
— Ты с ума сошла?! — Наталья вскочила.
— Посмотрим! — крикнула ей вслед Ирина.
НатальяНаталья крепче обняла Ваню, шепча: “Ты мой, и я никому тебя не отдам”, и в этот момент она поняла — настоящая мать не та, что родила, а та, что любит.