**Дневник. Поезд в новую жизнь**
Проснулась, прислушалась. В квартире — гробовая тишина. Значит, Артёма нет. Поднялась с кровати, потянулась, побрела на кухню. На столе — записка: «Прости, забыл сказать. До вечера на работе».
Усмехнулась, скомкала бумажку, швырнула в ведро. Давно чувствовала — у него кто-то есть. Вечно пропадает, разговоры свелись к «что купить» и «когда придёшь». Дочь Олеся вышла замуж, уехала с мужем-офицером в гарнизон. Видимость семьи.
Зажужжал телефон. Света.
— Чем занята? — голос единственной подруги со времён школы.
— Ничем. Только встала.
— Слушай, на улице — сказка, весна, солнце. Пошли по бутикам? Так хочется чего-то яркого! Надеюсь, планов нет?
— Какие планы? Артём на «работе».
— В воскресенье? Ладно, собирайся, через час за тобой заеду. — И отключилась.
Поставила чайник, пошла умываться. Светкины шопинг-рейды обожала. У неё — нюх на вещи. Сотни платьев, а она, как снайпер, выхватывала то самое: идеальный крой, ткань, цвет. У меня же глаза разбегались, но Света учила: «В магазин — как на бал. Продавцы чуют, кого можно обмануть». Работало. Без покупок не уходили никогда.
Накрасилась, оделась, окинула взглядом отражение. Неплохо. Шопинг — лучшее лекарство.
Через десять минут Света позвонила: «Я у подъезда».
— Что-то конкретное ищем? — спросила, усаживаясь в её «Ладу».
— Нет. Новые коллекции завезли, старые — по скидкам. Чуешь, весна? — Света сверкнула зубами.
— Артём убьёт. Копили на отпуск…
— Не убьёт. Срежешь бирки, чеки выбросишь, сумму назовёшь вполовину.
— А потрачу вдвое больше.
— Знаю проверенный способ отвлечь мужа.
— Какой? — заинтересовалась.
— Увидишь.
Света была статной: высокая, с пышной грудью, узкой талией. Карие глаза, губы бантиком. Мужчины оборачивались. Я — полная противоположность: миниатюрная, светловолосая. В свитере и джинсах — как студентка. Рядом с ней чувствовала себя мышкой.
Когда Света входила в магазин, продавцы выстраивались в очередь. Ко мне же относились снисходительно. Я мямлила, отказывалась от помощи, убегала.
Через два часа, нагруженные пакетами, вывалились на улицу.
— Хватит, за это меня убьют, — застонала я.
— Идём! — Света потянула в отдел белья.
— Нет! Артём не будет разговаривать месяц!
— Смотри, какое кружево! Бери вишнёвое. К твоим волосам. — В её руках был лифчик, от которого мужчины теряли дар речи. — К нему пелерину… Хотя нет, слишком.
— Кто эту красоту оценит? Да и стоит как крыло от самолёта.
— Ты что, для мужа разодеваешься? Такое носят, чтобы снимали. С твоей фигурой — грех не брать. Возьмём. — И она пошла к кассе.
— Всё, ноги отпали. Пойдём в кафе. С утра только кофе хлебнула, — предложила я. — Кажется, Артём изменяет.
— Потому что ушёл в выходной? — Света приподняла бровь.
— Я давно подозреваю…
— О, кафе! — перебила она.
Уселись у окна. Я оглядывала зал. Через два столика сидел мужчина — спина, стрижка, свитер. Я подарила его Артёму на Новый год. Но он не мог надеть праздничный свитер на работу… Или мог?
Он обернулся. Профиль. Сомнений не осталось.
— Ты чего побелела? — спросила Света.
— Тсс… Там Артём. Уйдём, пока не увидел.
— Чего боишься? Это он должен трястись! Ты же сказала — на работе. А офис у него за городом. Нарядился, как на свидание. Ждёт кого-то. Смотри, на часы пялится. Ну, что там насчёт подозрений?
Я встала.
— Куда? — Света схватила за руку.
— Подойду.
Подошла, села напротив.
— Привет.
Артём аж подпрыгнул.
— Ты… что здесь делаешь?
— Шопинг. Устали, зашли перекусить. Света там. — Помахала подруге.
— Кого ждёшь? — кивнула на соседний столик. — Время проверяешь. Я не помешала?
Он оправился и набросился:
— Много потратила? Договорились же копить!
— Уложилась в разумное. В отпуск тоже надо во что-то одеваться. — Я была удивительно спокойна.
В его телефоне зазвонило сообщение. Он перевернул его экраном вниз.
— Почему всегда так делаешь? И дома, и в туалет с ним таскаешься. Что скрываешь?
— Привычка.
— Раньше не было. Дай гляну. — Потянулась, но он отстранил телефон.
Мимо прошла девушка, замешкалась у столика, села неподалёку. Артём резко отвел взгляд.
— Ваша дама прибыла. Принести заказ? — Официантка подмигнула ему.
— Уже заказал, милый? — Я готова была швырнуть в него вазой. — Через пять минут, хорошо?
Та исчезла.
— Это она? Лет двадцать пять. Неужели в себе так не уверен, что ловишься на молодухах?
— Дома поговорим.
— А обед? Мне тратить нельзя, а тебе — на содержанок можно?
Света махала руками, но я делала вид, что не вижу.
— Давно изменяешь? Молчи, сама отвечу. Полгода. Тогда начал телефон прятать. Признайся. Столько лет вместе…
— Юль, ты о чём? Какая измена? Я документы отвозил, зашёл кофе выпить…
— Сейчас проверим. — Встала, но подошла официантка с подносом. Поставила тарелку под крышкой.
— Приятного аппетита.
— Кофе, говоришь? — Я сдернула крышку.
На тарелке лежала бархатная коробочка с кольцом.
— И когда собирался сказать, что разводимся?
— Дома…
— Дома у тебя больше нет. Вещи соберу. Завтра заберёшь. Приятного аппетита. — Развернулась, выбежала.
Света догнала на улице.
— Куда? МашиПоезд тронулся, увозя Юлину боль прочь, а за окном уже мелькали первые огни нового города, где её ждали дочь, внук и неожиданная встреча с тем самым военным, который когда-то перепутал купе.