Месть
Родион с детства рос тихим и умным мальчиком. Родители не жалели ничего для единственного сына — отдали его в секции, чтобы он вырос разносторонним. Он занимался самбо, играл в шахматы, хорошо рисовал, а позже увлёкся игрой на гитаре.
Пока сверстники гуляли с девчонками, баловались дешёвой «Балтикой» и сигаретами, Родион сидел у окна, перебирая струны и напевая хрипловатым голосом.
Родители мечтали о большом будущем для сына. В их провинциальном городке с населением в пятнадцать тысяч перспектив не было. После школы Родион без труда поступил в университет областного центра на престижный факультет информационных технологий.
Накануне учёбы отец отвёз его к тётке — сестре матери. Та жила одна после смерти мужа, дети уже обзавелись семьями. В общежитии, мол, шумно, да и соблазнов лишних хватает. Мать не взяли, чтобы избежать слёз. Отец оставил денег на первое время и уехал.
Родион впервые оказался без присмотра. Тётка мало вмешивалась в его дела — лишь следила, чтобы вовремя кормила и не задерживался допоздна.
Сокурсники, вырвавшись из-под родительской опеки, пустились во все тяжкие. Родион же держался особняком. Друзей у него не было, да и не тянуло его к гулянкам. Зато с первого дня его внимание привлекла Василиса — высокая блондинка с небрежной улыбкой.
Ходили слухи, что поступила она на «мужской» факультет лишь в надежде найти богатого мужа. Училась она кое-как, но преподаватели закрывали глаза — слишком уж приятно было объяснять ей материал, слегка касаясь плеча.
Поклонников у Василисы хватало. Родиона же она считала занудой и избегала. О чём с ним говорить? О гитаре, шахматах или скучном программировании?
А он страдал. Мечтал быть рядом с ней — на парах, в коридорах, везде. В очередной приезд домой он объявил родителям, что хочет перебраться в общагу. Тётка живёт далеко, дорога отнимает время. Разразился скандал — крики отца, слёзы матери. Но Родион поклялся, что учёбе это не навредит. Родителям пришлось сдаться.
Теперь он мог видеть Василису не только на лекциях (которые она посещала редко), но и в общежитии. Придумывал поводы зайти к ней, но она оставалась холодна. Даже в компании отказывалась с ним танцевать, уходила курить на балкон. Родион тоже начал курить, но это не приблизило его к ней.
Летние каникулы стали пыткой — два месяца без Василисы. Он считал дни до возвращения. Так прошёл ещё год.
Родион учился блестяще, педагоги пророчили ему великое будущее. Вернувшись 31 августа в общагу (мать не отпускала раньше), он узнал, что Василиса вышла замуж. Новость лишила его сна. Её избранником стал старшекурсник-спортсмен, гордость университета — Михаил Дольников.
Василиса больше не жила в общежитии — перебралась в его квартиру. Теперь Родион видел её только на парах, украдкой наблюдая за ней.
Перед зимней сессией он попросил у неё конспект.
«Попроси у кого-нибудь ещё. Мне тоже готовиться надо», — ответила она.
«Зачёт послезавтра, я завтра верну», — упрашивал он, глядя влюблёнными глазами.
Василиса на секунду задумалась и протянула тетрадь.
На следующий день Родион впервые без причины прогулял пары. Услышав в столовой, что Дольников уехал на соревнования, он раздобыл её адрес и поехал к ней.
Сердце колотилось, когда он нажимал кнопку звонка. Но дверь открыл сам Дольников — плечистый, с презрительным взглядом.
«Чего надо?» — буркнул он.
«Конспект… Василисе», — пробормотал Родион.
«Давай сюда», — мужчина протянул руку.
Родион попытался заглянуть в квартиру, но Дольников перекрыл дверной проём.
«Я хотел лично ей отдать», — прижал тетрадь к груди.
Дольников вырвал её, хлопнув дверью перед носом.
Через неделю Родион перевёлся в другую группу и вернулся к тётке.
***
Прошло пятнадцать лет
В офисе поздравляли Родиона Евгеньевича Карпова с назначением на пост директора. Среди коллег были и бывшие сокурсники — например, скромная Лида Зотова, мать близнецов.
Она отвела его в сторону, чокаясь бокалом.
«Я всегда знала, что ты добьёшься многого», — поправила очки.
«Серая мышка, но замужем», — мелькнуло у него в голове.
«Теперь я могу предложить тебе повышение», — сказал он.
«Спасибо, но я не об этом. Ты помнишь Василису Ольшанину?»
Он сделал вид, что вспоминает.
«Она же потом Дольникова. Вышла за того качка, помнишь?»
Конечно, он помнил. Помнил и хлопнувшую дверь.
«Она разводится. Дольников завёл любовницу, ребёнка на стороне. Квартира его, ей негде жить… Ей нужна работа».
Родион притворно задумался. Сердце бешено стучало.
«Пусть приходит на следующей неделе», — наконец сказал он.
***
Василиса пришла в строгом платье, без лишнего макияжа. Её красота потускнела, взгляд был неуверенным.
«Ты не узнал меня?» — робко улыбнулась она.
«Узнал. Разве такое забудешь?»
Он предложил ей место секретаря, но затем издевался — заставлял переделывать документы, прятал бумаги. Однажды довёл до слёз.
«Ты мстишь мне», — выдохнула она.
«Возможно. Ты думала, я до сих пор по тебе сохну?»
Она расплакалась. Тогда он неожиданно перевёл её на должность менеджера с повышением оклада.
«Спасибо…» — она не верила своим глазам.
«Благодарность — не любовь», — грустно ответил он.
«А ты откуда знаешь?» — вдруг выкрикнула она. «Я стыдилась прийти! Лида уговорила…»
Через год они поженились. Родион оплатил лечение её матери в московской клинике.
Настоящая любовь не исчезает. Она просто ждёт своего часа.