**Школьный дневник, или Танюшка**
Костя Воробьёв шагал из столовой, как вдруг услышал шепот под лестницей. Заглянув туда, он обнаружил Витьку и Лёшку, что-то прячущих в кулаках.
— Вы чего тут?
— Не твоё дело, — буркнул Витька.
Прозвенел звонок. Мальчишки выскочили, Коста вприпрыжку догнал их. В класс ввалились последними.
Танюшка писала на доске задания для контрольной. Класс лихорадочно прятал шпаргалки. Коста окинул взглядом парты: все шелестели страницами.
— Увижу списывающего — двойка без разговоров! — резко обернулась Танянка. Голос дрожал, щёки порозовели.
Она преподавала всего год после пединститута. Молодость скрывала за строгими очками с толстыми стёклами. Повышала голос — и сразу краснела. Костя тайно вздыхал по ней.
Из-за него весь класс звал её ласково — Танюшка. В этом году она стала их классной. Ребята часто хулиганили, но однажды Коста не выдержал:
— Замолчите! Мешаете другим!
Класс затих. Только Лёшка хихикнул: «Воробей втюрился!» С тех пор вели себя тише.
Танюшка дописывала задание, когда в спину ей впились бумажные шарики. Она с отвращением стряхнула их, будто тараканов. Коста метнул взгляд на последнюю парту — Витька с Лёшкой хранили невозмутимость, но по хитрым глазам было ясно: это они.
— Открыли тетради! — голос Танюшки звенел от напряжения.
Новая порция шариков угодила в передние парты.
— Марья Семёновна, они кидаются! — пожаловалась Катя Сорокина.
— Мы ничё не делали! — возмутился Витька, но Коста уже запустил в него бумажным комом.
— Ай!
— Воробьёв! — Танянка вскочила. — От тебя такого не ждала! Дневник на стол! Двойка!
Коста подал дневник. Возвращая его, Танюшка велела привести родителей.
Вечером отец, Николай Петрович, спросил:
— Опять нахулиганил?
— Нет. Танюша… Таня Семёновна вызывает.
Рассказал про контрольную, про шарики, про свою «месть». Отец хмыкнул:
— Хотел отправить тебя к деду в деревню…
— Пап, я не врал!
— Потом решим.
Наутро Николай Петрович зашёл в учительскую. Танюшка проверяла тетради.
— Здрасьте, Воробьёв Николай.
Она поправила очки, встала, выпрямив спину, но всё равно казалась хрупкой.
— Ваш сын не виноват! — перебил он. — Двое сорвиголов стреляли, а наказали Костю.
— Контрольная и была их наказанием, — Танюшка покосилась на стопку тетрадей. — А ваш… он знает предмет. Двойку я ему не поставила.
— Тогда зачем вызвали?
Она смутилась:
— Он… тоже нарушил порядок.
Николай разглядывал её: молодая, в дурацких очках, играет в строгую…
— Полгода как мать Кости умерла. Рак. Я целыми днями на заводе… — неожиданно вырвалось у него.
— Я не знала… — прошептала она.
После уроков Танюшка повела Костю к себе.
— Зачем?
— Дома спокойно напишешь контрольную.
У неё была крохотная квартирка с матерью, Анной Васильевной. Пахло борщом. Костя, стиснув зубы, решал задачи — сложнее, чем в классе.
— Молодец! — Танюшка поставила пятёрку и дала книгу.
Оттуда выпала фотография моряка в парадном кителе.
— Мой отец. Капитан. Погиб.
Костя понял: они с ней — родственные души.
Вечером она провожала их до машины. Николай не узнал её без очков.
— Вы заходите! — крикнула Анна Васильевна.
— В другой раз, — улыбнулся он, замечая, как мать с дочкой похожи.
Через день Николай ждал Танюшку у школы. Вскоре поползли слухи. Витька дразнил Костю: «Мачеха твоя!» Драка, вызов к директору.
— Учителям нельзя встречаться с родителями учеников, — сказал директор Танюшке. — Пишите заявление.
Вечером Костя набросился на отца:
— Ты женишься на ней?
— Да. Влюбился… — Николай потупился. — Она из-за меня работу потеряла…
Они приехали к ней.
— Меня уволили, — усмехнулась Танюшка. Без очков, в домашнем халатике, она казалась девочкой.
— Прости… — начал Николай.
— Можем уехать. В другой город…
— Пап… — дёрнул его Коста.
— Ты готова всё бросить? Я… люблю тебя.
— Я тоже! — выпалил Коста.
— Что?! — ахнули они хором.
— Люблю вас обоих. И уеду куда угодно!
Через три месяца они поженились. Переехали в областной центр. Танюшка устроилась в математическую школу.
А через год у Кости родилась сестрёнка…
Вот так из-за двойки и бумажных шариков сложилась новая семья. Разве это просто случай?