**Розовый шарфик**
Валентина похоронила супруга два года назад. Он был старше её на семнадцать лет. Когда они познакомились, ей только исполнилось двадцать девять.
Она никогда не была в центре мужского внимания. Скромная, домашняя, избегала шумных вечеринок. В школе и институте парни видели в ней скорее друга — просили списать, делились конспектами. А встречались с яркими, раскрепощёнными девушками, не обременёнными строгими правилами.
С Евгением Валентина столкнулась случайно. Был тёплый май, цвела сирень, листва шелестела под лёгким ветерком. Она решила прогуляться пешком, наслаждаясь солнцем, и улыбалась прохожим просто так.
Навстречу шёл высокий мужчина в расстёгнутом плаще. Улыбнувшись, он сказал:
— Прямо лето на дворе. А я вот в плаще.
— Тогда снимите его, — рассмеялась Валентина.
Он тут же сбросил плащ на руку. Она почему-то не ушла, задержавшись рядом.
— Так лучше. А мороженое хотите? — не дожидаясь ответа, он направился к киоску.
Валентина колебалось, но решила, что уйти невежливо. Он вернулся с вафельным стаканчиком крем-брюле.
— Ой, моё любимое! — удивилась она.
— И моё, — ответил он.
Они шли, болтая о пустяках, и домой она вернулась позже обычного. Даже ужин пропустила — наелась мороженого.
— Чего это у тебя глаза горят? — прищурилась мать.
— Не горят, — покраснела Валентина.
На следующий день Евгений позвонил и предложил встретиться.
— Но на улице дождь, — возразила она. — Я без зонта.
— Ничего, сходим в кино. Где вы работаете? Заеду за вами.
По дороге он рассказал, что год назад потерял жену. У неё было больное сердце, врачи запрещали рожать.
— Я её обожал. Без детей можно прожить. После её смерти едва не сломался. Думал, доживу свой век в одиночестве. А потом увидел вас… Валечка…
— Валентина, — поправила она.
— Вы напомнили мне её. Не внешне. У вас такой же ясный взгляд. Вы не из тех, кто гоняется за модой. Сегодня это редкость.
На следующий вечер, вернувшись с работы, она застала Евгения за чаем с матерью. На столе красовались розы.
— Дочка, а мы тут бегемот чайничаем, — сладко произнесла мать, многозначительно подмигивая: «Не упускай шанс».
Евгений был приятен во всей: одевался со вкусом, седина добавляла шарма. Мать уже прикидывала его доходы, квартиру, машину. Отсутствие детей считала плюсом — не придётся нянчиться с чужими.
— Мам, я его неделю как знаю! — возмутилась Валентина. — Он мне не нравится!
— Любовь — глупость. Браки по расчёту крепче. С ним будешь, как за каменной стеной. Мечтать не о возрасте.
Провожая его, Евгений сказал:
— Если хочешь детей — скажи сразу. Я уже не смогу быть отцом. Не хватает сил на бессонные ночи.
Он был честен. Больше она эту тему не поднимала.
С ним было спокойно. Коллеги завидовали: пока другие мужья гуляли, он возил её на работу и встречал. Мать твердила, что дочь сорвала джек-пот. Внуков, конечно, хотелось, но и так счастье.
Они прожили вместе три года. Однажды он прилёг после ужина и не проснулся.
После его смерти Валентина жила как во сне. Мать уговаривала «начать жить заново», но её это пугало. Родить для себя? Но от кого?
Евгений не любил, когда она красилась или ярко одевалась.
— Ты замужем. Кому ты себя показываешь?
Она убрала яркие вещи в дальний угол, заплетала волосы в тугой хвост, выглядела старше своих лет.
В конце апреля, собираясь на работу, она нашла среди серых платьев розовый шарфик. Откуда он взялся? Повязала — и вышла.
В автобусе было душно. Она пробиралась к выходу, как вдруг шарф зацепился за чью-то сумку. Чем сильнее она дёргала, тем туже он затягивался.
— Эй, порвёте! — крикнула она парню, к чьей сумке прицепился шарф.
Двери закрылись, автобус тронулся.
— Из-за вас я проехала свою остановку!
— А я-то тут при чём? В таком одеянии лучше на такси ездить, — огрызнулся он, дёргая шарф. — Что, подарок покойного мужа жалко?
На следующей остановке они вышли. Парень ловко освободил шарф.
— Спасибо, — буркнула Валентина. — Теперь идти пешком.
— Провожу, — предложил он.
— Не надо. Вас мама ждёт.
— У меня нет мамы. Она умерла, когда мне было пятнадцать. Отец женился снова, а я снимаю жильё.
— Простите. Мой муж тоже умер. И шарф он мне не дарил — купила сама в студенчестве.
— Думаю, это не случайность, — усмехнулся парень. — Это судьба.
— Глупости.
— Я — Ярослав. Мама звала меня Ярик. А вас?
Она не ответила, свернула во двор. Оглянулась — он стоял на углу и махал рукой.
Дома она корила себя: парень приятный, а она вела себя как дура. Назавтра ждала его в автобусе, чтобы извиниться, но он не появился.
Через неделю шёл дождь. У подъезда её ждал Ярик.
— Вы за мной следите?
— Просто хотел увидеть.
В его глазах читалась дерзость, но не шутка.
— Вы же моя судьба. Не пригласите на чай? Я промок.
Она раздумывала, но сама продрогла. За чаем он рассказал, что заканчивает ординатуру. Мечтал о военной карьере, но после смерти матери пошёл в медицину. Валентина слушала и ревновала заранее — с таким обаянием у него не будет отбоя от поклонниц.
На следующий вечер он пришёл снова. Едва она открыла дверь, он притянул её к себе.
— Не могу без тебя…
Она пыталась оттолкнуть его, но ноги подкашивались, сердце стучало, голова кружилась.
С мужем такого не было. Она терпела его прикосновения в темноте, а потом он засыпал.
— Скажи слово — и я остановлюсь, — прошептал Ярик.
Она не сказала.
Утром она наблюдала, как он ест с аппетитом, и не верила своему счастью. Влюбилась? Возможно. Но главное — позволила себе почувствоватьОна поняла, что иногда самый неожиданный поворот судьбы — это всего лишь начало новой главы.