**Запись в дневнике**
Сегодня день рождения мамы. Проснулся поздно, вышел на кухню — Татьяна уже вовсю хлопотала: резала овощи, мариновала мясо, картошку чистила. Пахло вкусным.
— С днём рождения, мам! — обнял её, поцеловал в щёку. — Совсем не меняешься. В паспорте у тебя явно ошибка, выглядишь лет на десять моложе.
— Спасибо, сынок. Только приведи себя в порядок да помоги — одна не управлюсь.
— Сейчас. — По пути в ванную остановился. — Может, позовём Настю? У неё это лучше получается.
— Позвони, пусть придёт.
Когда вернулся, Настя уже резала огурцы, а мама натирала бокалы.
— Как у вас слаженно! — Украдкой стащил с доски кружок огурца. Настя повернулась, ожидая поцелуя, но я сделал вид, что не заметил. Мама бросила на нас взгляд. «Наверное, думает, что стесняюсь», — мелькнуло в голове.
— Игорь, поставь стол в зале и накрой скатертью. В шкафу наверху, — сказала мама, видимо, чтобы разрядить обстановку.
— Есть! — Чуть не по-военному отрапортовал, тряхнув мокрой чёлкой.
— Взрослый, а ведёшь себя как пацан, — засмеялась Татьяна.
— Мам, сколько гостей? — крикнул из комнаты.
— Вместе с нами — девять.
Растила она меня одна, и ничего — вырос. Мечтала о большой семье. Отец погиб рано, отчим ушёл, когда мне было три. Сама замуж больше не вышла, всю душу в меня вложила. «Вот женится — тогда и семья будет», — наверное, думала. А я тяну — двадцать шесть, а всё никак. Настя ей нравится: скромная, из хорошей семьи. «Дай бог, свадьба, внуки…» — мама явно улыбалась своим мыслям.
Гости собирались неспешно. На столе у окна уже красовались букеты роз, рядом — коробки с подарками. Знакомые все: мамина подруга с мужем, завотделом с работы, ещё пара коллег.
Но Татьяна медлила с угощением. Я догадался — ждёт кого-то.
— Есть хочется, слюной давимся, — прошептала Настя.
— Потерпи, мама кого-то ждёт.
Тут звонок — и Татьяна бросилась открывать. Через минуту вошла, обнимая за талию незнакомую женщину.
— Знакомьтесь, Вероника, моя бывшая соседка. Я в девятом классе была, а она только в первый пошла. Выросла — не узнала!
— Я тебя сразу признала, — улыбнулась Вероника. Голос у неё был тёплый, певучий. В простом чёрном платье смотрелась изящно.
Гости сели за стол. Я оказался между Настей и Вероникой. От неё пахло чем-то дорогим, неуловимым. Мужчины косились с интересом, женщины — с подозрением.
— Не ожидала, что у Татьяны такой взрослый сын, — прошептала Вероника.
Говорили, едва не касаясь головами. Каждое случайное прикосновение будто током било. Настя пыталась вовлечь в разговор, но я отмахивался.
После танцев Вероника собралась уходить.
— Провожу, — выпалил я у подъезда.
Она не удивилась, попросила вызвать такси. Телефон забыл — готов был бежать назад, но она уже набирала номер.
— Через три минуты. Иди, гости ждут.
Я кивнул, но не ушёл. Когда машина подъехала, вдруг решительно сказал: «Подвинься» — и сел рядом.
В лифте молчали. В квартире — тоже. Потом я резко обнял её. Она не сопротивлялась…
Домой вернулся под утро.
— Где был?! — мама встретила в прихожей.
— Веронику провожал.
— Ты что творишь? Настя в слезах!
— Мам, это вы решили, что она мне пара. А я — нет.
— Погоди… — в её глазах мелькнуло понимание. — Ты был у Вероники?!
— Да. И если будешь мешать — уйду. Навсегда.
Она замолчала. Утром позвонила Веронике, умоляла «оставить сына». Услышав это, я вышел из комнаты:
— Хватит решать за меня.
Через две недели мы с Вероникой подали заявление. Мама ахнула, но протестовать не стала.
Сейчас у нас дочка. Татьяна часто приезжает, нянчится с внучкой. С Вероникой они подружились, болтают за чаем.
Однажды встретил Настю в магазине. Кричала на парня, тот съёжился. «Как же я раньше этого не видел?» — подумал я.
А мама поняла главное: счастье — не в том, чтобы контролировать, а в том, чтобы отпускать. Теперь у неё большая семья. А у меня — жизнь, о которой и не мечтал.
**Вывод:** Любовь не спрашивает разрешения. И если она настоящая — возраст, предрассудки, даже материнские страхи бессильны.