**Жизнь полна неожиданностей**
— Мам, я ухожу, — в кухню заглянула Алина.
Людмила оторвалась от плиты, внимательно разглядывая дочь.
— Ты куда так нарядилась в ночи? Тушь, помада… Свидание? До утра не загуляйся!
— Ладно, — буркнула Алина и стремительно скрылась за дверью.
«Совсем большая стала, — вздохнула про себя Людмила. Накрыла сковородку и подошла к зеркалу в прихожей. — Где мои семнадцать лет? Вроде вчера бегала с косичками, а теперь дочь уже выше меня. Школа казалась вечностью, а потом — будто с горки покатилось: институт, замужество… Счастье мелькнуло, как солнце в пасмурный день, и снова скрылось. — Она поправила поредевшие волосы. — Ну да ладно. Дочь умница, красавица… Ой, картошка!..»
Людмила вскрикнула и бросилась на кухню. Схватила крышку, обожгла пальцы, зашипела от боли. «Задумалась у зеркала, чуть ужин не угробила…» — ругала себя.
Поужинав в одиночестве, Людмила уселась перед телевизором. За окном быстро сгущалась темнота. Не заметила, как задремала. Разбудил звонок телефона. Не глядя на экран, ответила — думала, Алина. Кто ещё мог звонить так поздно? Подруг у неё не было, только коллеги по несчастью, такие же одинокие.
Голос в трубке заставил её вздрогнуть.
— Вы мама Алины Соколовой?
— А кто спрашивает? — насторожилась Людмила.
— Врач из Третьей городской больницы. Срочно приезжайте — ваша дочь в ДТП, нужна операция. Она несовершеннолетняя, требуется ваше согласие…
— Какая операция?! — Людмила не соображала, но в трубке уже раздавались гудки.
Мысли путались: «Ошибка, Алина просто гуляет… Какое ДТП?» Но доктор назвал её имя. Сонная голова отказывалась работать. Людмила встряхнулась, повторила про себя «Третья больница» и вызвала такси. Быстро переоделась, схватила сумку и выскочила из квартиры. Лифт ждать не стала — по лестнице быстрее. У подъезда уже ждала машина, слепя фарами.
— Быстрее, пожалуйста… Дочь в больнице… — задыхаясь, проговорила она.
Всю дорогу Людмила металась между страхом и надеждой: то подгоняла водителя, то мысленно молила ехать медленнее, лишь бы отдалить неизбежное.
В приёмном отделении её встретил парень в потрёпанной куртке. Лицо в царапинах, пластырь на лбу, глаза растерянные.
— Где моя дочь?! Что ты с ней сделал?! — Людмила вцепилась ему в куртку.
— Я не виноват! Из-за поворота вылетела машина… Я увернулся, но нас всё равно зацепило…
— Кто зацепил? Как?! — кричала Людмила, не слушая.
— Кто тут шумит? — в дверях появился врач с седыми усами. — Вы мать Соколовой? Подпишите согласие на операцию.
— Какую операцию?! Где Алина?!
— Без сознания. Внутричерепная гематома, давление растёт. Если не прооперируем… Подпишите тут. — Он протянул бумагу.
Голова кружилась, строчки расплывались. Людмила дрожащей рукой поставила подпись и рухнула на лавку рядом с парнем. Врач ушёл.
— Ничего не понимаю… Она просто гуляла… — шептала Людмила, качаясь на сиденье.
— Сначала гуляли, потом я предложил прокатиться на мотоцикле…
Людмила резко повернулась к нему.
— Ты во всём виноват! Ты…
Парень отпрянул от её взгляда, полного ненависти.
— Я не виноват… Он даже не остановился…
— Артём! Ты как? — В отделение вошёл высокий мужчина. Парень бросился к нему.
— Пап, я не гнал… Он нас подрезал… Если бы не свернул, нас бы размазало… Нас в больницу случайный водитель привёз. Врач сказал, если бы на десять минут позже… — Парень разрыдался.
Мужчина обнял его.
— Всё, сынок, я тебе верю. Запомнил номер машины? Где это было? Я его найду.
— Найдёте, конечно… Ваш сын цел, а моя девочка… — Людмила захлебнулась слезами.
— Это кто? — спросил мужчина.
— Мама Алины.
— Расскажи всё как было, — попросил отец.
— Да, расскажи, как ты мою дочь чуть не убил, — всхлипнула Людмила.
— Я понимаю ваше горе, но давайте разберёмся, — твёрдо сказал мужчина. — Если Артём виноват — ответит. Ты знаешь, где живёт девочка?
Парень кивнул.
— Вот моя визитка. Если что — звоните. — Он протянул карточку Людмиле. Та отвернулась. Мужчина сунул визитку в её сумку. — Пойдём, сын?
— А Алина? — Артём не двигался.
— Тут её мама. Тебя всё равно не пустят. Вас подвезти?
Людмила не ответила, сжавшись в комок.
Оставшись одна, она заметила маленькую иконку за зеркалом. Подошла, вцепилась в подоконник.
— Спаси её… Ей всего семнадцать… Возьми что угодно, только пусть живёт…
Сколько она простояла так — не помнила. Просила, шептала, не замечая, как в отделение заходят люди.
— Вы ещё здесь? Операция прошла успешно, гематому удалили… — Людмила резко обернулась. Перед ней стоял измождённый врач, его пышные усы казались седыми в тусклом свете.
— Жива… — Ноги подкосились.
— Садитесь. — Врач пододвинул стул. — Идите домой, отдохните. Завтра навестите.
Людмила вышла на улицу. Села на лавочку, задрожала от холода. Рассвет уже разливался по небу, птицы щебетали. Она встала и вернулась в больницу.
Дверь оказалась открыта. Людмила пробралась внутрь, устроилась на диванчике в коридоре, закрыла глаза…
— Вы так и не ушли? — Она вздрогнула. Перед ней стоял тот же врач.
— Как Алина?
— Всё хорошо, спит. Пойдёмте, кофе вам налью. Вы знали, что ваша дочь попала в аварию с сыном Морозова?
— С кем? — переспросила Людмила.
— БМорозов — местный бизнесмен, а его парень, хоть и пострадал, но вашу дочь на руках до машины донёс, так что вам стоит его поблагодарить, а не ругать.