**Коробочка с колечком**
Света с Димкой дружили с самой школы. Жили в одном доме, в соседних подъездах, сидели за одной партой. Первые два года бабушка Димы забирала их после уроков. Мама Светы работала посменно, а отец мотался по командировкам.
— Светик, идём к нам, щи горячие на столе, — каждый раз звала Димина бабушка.
Подходя к дому, Света с замиранием сердца ждала, не забудет ли бабуля позвать её на обед. С каким удовольствием она уплетала душистые щи с чесночными пампушками, котлеты с гречкой или макароны по-флотски.
— Ты что, опять голодная ходишь? Для кого я стараюсь? Будто тебя дома не кормят, — ворчала мать, вечером обнаружив нетронутый холодильник.
Света отмахивалась — мол, одной есть невкусно, да и бабушка упрашивала, как же отказаться? Но с третьего класса их перевели во вторую смену. Бабуля больше не звала Свету, потому что мать теперь ждала её дома. А потом и вовсе перестала встречать Диму после школы.
— Да ну, я что, маленький? Никому же родителей не ставят, один я как дурак, — огрызнулся Дима на вопрос Светы.
Стало заметно, что он больше не ждёт её у раздевалки — нырял в толпу, пока она застёгивала куртку. Или шёл с пацанами, не оглядываясь на Свету, ковыляющую сзади.
В школе Дима и вовсе стал избегать её. Всё из-за сопливых одноклассников, которые дразнили их “женихом и невестой”. Света дулась. Когда Дима клянчил списать домашку, гордо задирала подбородок и отказывала.
В старших классах пацаны стали заглядываться на девчонок. Дима перестал стесняться Светы. Они снова ходили домой вместе. Он то и дело заскакивал к ней — то домашку списать, то реферат допилить.
Однажды Света пришла из школы и застала мать в слезах.
— С папкой что-то случилось? — испугалась она.
— Случилось. Кинул нас. К этой… Чтоб ему пусто было…
С тех пор мать словно в воду опустилась — то рыдала, то в стену смотрела. Дома стало невыносимо. Света задерживалась подольше, лишь бы не идти в эту гробовую тишину. А у Димы бабушка заболела — всё забывала, даже поесть. Ему приходилось досматривать за ней до прихода родителей с работы — чтоб не ушла, не забыла выключить плиту. Виделись они теперь только на уроках.
Перед ЕГЭ все только и говорили, куда будут поступать. Света знала — денег нет, на бюджет в институт не пробиться, так что сразу подала документы в колледж. А Дима поступил в университет.
Теперь они виделись редко, разве что случайно на улице. Сначала перекидывались парой слов. Потом просто кивали и расходились. Иногда Света замечала Диму с девушкой. Он делал вид, что не узнаёт её.
Ей было и обидно, и больно, и досадно. Дима ей нравился. Любовь ли это была или просто дружба — Света не задумывалась. Но видеть его с другой было невыносимо.
На последнем курсе в колледже появился новый преподаватель — только что из педа. Стеснительный, на девчонок боялся смотреть. Носил огромные очки в чёрной оправе.
Как-то весной зарядил ливень. Света стояла под козырьком, мокрые волосы прилипли к щекам.
Вышел Игорь Васильевич, раскрыл зонт.
— Морозова, далеко живёте?
— На троллейбусе двадцать минут.
— Я на машине, подвезу.
— Да ну, Игорь Васильевич, дождь скоро кончится.
— Вряд ли. Давайте. — Он накрыл её зонтом и подвёл к потрёпанной “десятке”.
Игорь Васильевич сел за руль и снял очки.
— Вы без них можете? — удивилась Света.
Преподаватель хмыкнул.
— Стекла простые. Для солидности ношу. Только ты никому, ладно? — и улыбнулся вдруг по-мальчишески.
— Ладно, — кивнула Света.
“А он симпатичный без этих дурацких очков”, — мелькнуло у неё в голове.
— Нравится учиться? В институт будешь поступать или работать? — спросил Игорь Васильевич, неожиданно перейдя на “ты”.
Света тоже пару раз ляпнула “ты” — ну а что, он всего на пару лет старше.
У её дома он вышел проводить её до подъезда, хотя дождь уже стих.
Потом подвозил ещё. Света догадалась — он специально караулил её у колледжа. Они даже пару раз сходили в кино, ели мороженое в кафе. Она упорно звала его по имени-отчеству — в костюме и очках он выглядел солидно. Подруги завидовали — преподаватель, взрослый мужчина!
Как-то в воскресенье он явился к ним с матерью — с цветами и конфетами. За чаем мать выспрашивала про работу, образование, почему в преподаватели подался. Света молчала, уткнувшись в стол.
— А Светочка скоро работать пойдёт, — вставила мать.
— Я, собственно, по этому поводу и пришёл, — закашлял Игорь Васильевич. — У нас ставка освобождается. Хочу предложить Свете. Учится она хорошо.
— Правда? Свет, ты слышишь?
— Я не хочу преподавать. Не моё.
Игорь Васильевич смутился. Машинально потянулся к переносице, но очков не было.
— Я, собственно… — прочистил горло. — Лидия Петровна, я пришёл просить руки вашей дочери.
Мать остолбенела, потом перевела взгляд на Свету.
— Это так внезапно. Светочка, ну скажи же что-то!
“Хоть бы колечко принёс, болван”, — подумала Света, но промолчала. Она всегда мечтала о романтике, а не о предложении между чаем и пирожками.
Оба — и “жених”, и мать — ждали её ответа.
— Мне… нужно подумать.
— Было приятно познакомиться, — прозрачно намекнула мать.
Игорь Васильевич встал, потянулся к несуществующим очкам, покраснел и поплёлся к выходу.
— Неужели он тебе нравится? — спросила мать, закрыв за ним дверь.
Света пожала плечами.
— Хотя… машина есть, квартира. Может, и согласиться.
О чём тут думать? Света не собиралась замуж, тем более за этого неуклюжего чудока.
— Кстати, видела Димину мать. Хвасталась, что он в Москву перевёлся.
— И ты молчала?! Когда у— Когда же ты хотела, чтобы я сказала? Твой “жених” пришёл, я всё забыла, — мама развела руками. — Он уже уехал.