— Танюш, может, в воскресенье в кино сходим?
— Не знаю. Мама вечером никуда не отпускает. Разве что днём.
— Ну и ладно, днём так днём. Я билеты возьму? — с надеждой спросил Серёжа.
Таня подняла голову и взглянула на окна третьего этажа. Показалось или правда мелькнуло мамино лицо? Настроение тут же испарилось. Она схватила у Серёжи свою сумку и отступила на шаг.
— Ладно, я пошла. До завтра. — И почти побежала к подъезду.
«Вечно как за преступницей следит. У всех подруг уже с парнями гуляют, а мне только днём можно. У всех нормальные родители, а у меня…» — злилась про себя Таня, поднимаясь по лестнице.
В квартире она старалась не шуметь: сняла куртку, выключила свет в прихожей и юркнула мимо маминой комнаты.
— Ужинать будешь? — догнал её мамин голос, стоило ей взяться за ручку двери.
Таня закатила глаза и повернулась.
— А если нет? — буркнула.
— Почему ты так грубишь?
— А почему ты за мной шпионишь? — парировала Таня.
— Я не шпионю. Просто выглянула в окно, — спокойно ответила мама.
— Ага, особенно когда я дома, — язвительно фыркнула Таня. — Мне учиться надо. — И захлопнула дверь. Включила свет и начала считать: «Раз, два, три…»
Обычно на «пять» мама врывалась с криками: «Как ты со мной разговариваешь! Ты совсем отбилась от рук! Ещё раз захлопнешь дверь — пеняй на себя!»
Но сейчас счёт дошёл до десяти, а дверь так и не распахнулась. Странно… Таня переоделась, достала учебники и уткнулась в книгу, хотя ни строчки не видела. Живот урчал, но идти на кухню не хотелось — опять начнётся допрос: «Где была? С кем? О чём говорили?»
За дверью замерли шаги. «Ну вот, началось…»
— Не помешаю? — Мама вошла, что было совсем уж необычно. Обычно она врывалась без спроса.
— Мне надо тебе кое-что сказать, — опустилась на диван.
Таня делала вид, что читает, но ждала, затаив дыхание.
— Звонила женщина… Твой отец у неё жил… Он умер. Похороны завтра. — Мама говорила ровно, с паузами, будто диктовала список покупок.
— Как умер? — Таня резко подняла голову.
— Инфаркт. Если пойдёшь, надень что-нибудь тёмное.
— И ты так спокойно?! — Таня вскочила, стул визгнул по полу. — Это же папа! «Надень тёмное» — как будто на дачу собралась!
— С тобой невозможно говорить, — мама вздохнула. — Он нас бросил, кстати. Забыла?
— Потому что ты его не любила! — Таня захлёбывалась от слёз.
— Не кричи. Ты ничего не знаешь.
— Знаю! Он сам мне сказал перед уходом! «Мама меня никогда не любила». Зачем ты за него вышла? Лучше бы ты ушла, а мы с папой остались! Он меня любил, в отличие от тебя! — Таня рухнула на стул, рыдая в ладони.
Мама тронула её за плечо, но Таня дёрнулась.
— Завтра позвоню в школу, предупрежу об отсутствии, — так же бесстрастно сказала мама и вышла.
Выплакавшись, Таня достала фотоальбом. На одной из редких фоток они с отцом: он улыбается, а она держит в руках облако сладкой ваты. Вытащила снимок, разглядывала сквозь слёзы…
***
Отец ушёл, когда Таня была в пятом классе. Ни ссор, ни криков — просто однажды он собрал вещи.
— Пап, ты совсем от нас уходишь? — спросила она, когда он встретил её после школы.
— Не могу так больше. Мама меня не любит. Я долго терпел.
— Я тебя люблю.
— И я тебя. Но так бывает. Вырастешь — поймёшь. Слушайся маму. — Он проводил её до дома, но не зашёл.
— У него другая, — позже сказала мама.
— А дети у него есть?
— Не знаю… Наверное.
***
— Таня, вставай, — разбудил её голос матери. — Скоро в морг ехать.
Таня мгновенно села, ощупывая постель.
— Ищешь вот это? — Мама показала на фото у компьютера. — Поторопись. — И вышла.
В морге было мало людей. У изголовья рыдала полная женщина — та самая, что звонила.
Таня дрожала. Человек в гробу был не похож на отца. Она смотрела только на фотографию в рамке. Мама стояла как чужая — ни слёз, ни эмоций.
На кладбище замёрзла, но когда гроб опустили, плакали все. Кроме мамы.
— Хотя бы для вида слезу выдавила! — шипела Таня дома за чаем. — Правильно папа ушёл! — И убежала в комнату.
Вечером мама зашла.
— Тот, кого сегодня похоронили… не твой отец.
— Что?! — Таня села.
— Он просил не говорить. Но теперь…
— Кто мой отец?!
— В десятом классе я любила парня. Он уходил в армию, а я… наивная дура… призналась ему. А он… воспользовался. Потом оказалось, что беременна.
— Он женился на тебе?
— Нет. Вернулся — отказался, сказал, я вру. У него уже была невеста. Потом я встретила Володю… Мама уговорила выйти за него, чтобы у тебя была семья. Он был хорошим отцом… но я не могла его любить. Поэтому он и ушёл.
— Где он сейчас? Мой настоящий отец?
— Зачем тебе? Он тебя даже видеть не хочет. У него своя семья.
Теперь Таня понимала, почему мама так холодна.
В воскресенье Серёжа позвал в кино, но Таня отказалась. Они пили кофе в кафе, и она рассказывала про отцов.
— У меня их два. И ни одного.
— Ты сама решай, кого считать отцом. А лучше — не решай. У тебя есть мама. Не обижайся на неё.
— Она меня не любит. Видит во мне его.
— Ты просто не знаешь, как к этому относиться. Перестань искать отца. Ты уже взрослая.
— У тебя всё просто…
— А зачем усложнять?
Они вышли. Над городом нависли тяжёлые тучи.
— Может, завтра в кино? — предложил Серёжа.
— Давай.
Они пошли домой, болтая о пустяках. В этом возрасте всё кажется трагедией. ЧужиеНо самое главное — Таня вдруг поняла, что рядом с ней уже давно есть тот, кто искренне за неё переживает и всегда поддержит.