**15 июня**
«— Иван, ты не туда заворачиваешь! Нужно было проехать дальше! — воскликнула Ольга.
— Я правильно свернул, — спокойно ответил Иван, продолжая углубляться в лес по узкой просёлочной дороге.
— Здесь же должна быть сразу поляна. А её нет, — озираясь по сторонам, проговорила Ольга. — Давай вернёмся и проедем дальше. Иван, ты слышишь? Остановись!»
Но парень ехал вперёд, не собираясь сбавлять ход. Ольга видела, что он и сам понял — они не туда заехали. Дорога сужалась, в колеях росла трава. Если бы это была дорога к дачному посёлку, она была бы накатанной, широкой. А они всё глубже увязали в лесной чаще.
— Остановись! — уже сердито повторила Ольга. — Ты меня слышишь вообще?
— Куда мне останавлиться? Здесь даже не развернуться. Сейчас найду место пошире…
— Потому что ещё вначале надо было сдать назад! Вечно меня не слушаешь! Уперся, как баран! — Ольга скрестила руки и уставилась вперёд. «Никогда не признает, что неправ. Что тут такого?» — злилась она про себя.
Ветки скребли по кузову, жёлтые листья сыпались на капот. Наконец Иван остановил машину. В салоне повисла тяжёлая тишина.
— Сразу нельзя было остановиться? Из-за твоего упрямства заехали бог знает куда. Хорошо, хоть не в болото.
— Сколько раз говорил — не мешай за рулём, — огрызнулся Иван.
Ольга надулась. Иван повернул ключ зажигания и начал осторожно сдавать назад. Затаив дыхание, она смотрела в боковое зеркало, боясь, что машина упрётся в дерево. Долго и мучительно они выбирались обратно. Пару раз едва не застряли. Наконец выехали на трассу.
— А сразу нельзя было сдать назад? — проворчала Ольга, но уже спокойнее. Злость утихла, как только лес остался позади.
— А ты всегда права, да? Ты даже не замечаешь, как постоянно учишь, командуешь. Думаешь, мне это нравится? — теперь раздражение слышалось в голосе Ивана.
— Ты о чём вообще, Иван? Так вот почему не остановился? Из чувства протеста? И что, легче стало? Но тут ты промахнулся. Ну и чего стоим? Поедем или нет? И так из-за твоего упрямства время потеряли. — Настроение испарилось окончательно. От напряжения разболелась голова.
В последнее время они часто ссорились, цеплялись друг к другу. Что это — привыкание или остывание чувств? Розовые очки спали, и теперь они видели друг друга без прикрас. Спорили из-за мелочей. Но ведь жизнь, как известно, и состоит из мелочей. И нельзя их игнорировать.
— Опять приказываешь. Даже не замечаешь, — упрекнул Иван.
— Я не приказываю. Ладно, тогда будем стоять. Я уже не хочу никуда ехать. — Ольга откинулась на сиденье, закрыла глаза, всем видом показывая, что спор окончен.
А как хорошо всё начиналось… Случайно познакомились на пляже. Подруга отошла переодеться, солнце жгло нежную кожу Ольги. Рядом никого, кроме загорелого парня. Она подошла, протягивая тюбик крема.
— Не поможете? Намажьте спину, а то сгорю.
Он улыбнулся и взял крем. Широкая ладонь скользнула по её спине, и по телу пробежали мурашки. Позже она призналась, что влюбилась в тот самый момент.
Ольга таяла, как мороженое на солнце. Ей было стыдно, что тело предательски выдавало чувства.
— Спасибо, дальше сама, — забрала крем и отошла к своему полотенцу.
Пришла подруга, они пошли купаться. Парень последовал за ними. Познакомились. Подруге он тоже понравился, но, увидев их взаимный интерес, не стала мешать.
Потом гуляли. Иван проводил её до дома и поцеловал. С того дня не расставались. Он был вспыльчивым, но Ольге, домашней и спокойной, это даже нравилось.
Через месяц, вопреки родителям, она переехала к нему. Обычно послушная, тут настояла на своём. Страсть, новая жизнь, радость близости… Казалось, так будет всегда. Если бы кто-то сказал, что через год они начнут ссориться, она бы рассмеялась.
Но… Идеальных людей не бывает, как не бывает любви без ссор. Розовые очки спали, и они увидели недостатки друг друга.
Эта поездка изначально не нравилась Ольге. В компании его друзей она чувствовала себя лишней. На даче была лишь раз — на Новый год. Дорогу запомнила по поляне сразу после съезда с трассы.
Иван молчал, нервно постукивая пальцами по рулю.
— Хватит стучать, — попросила Ольга, не открывая глаз.
Почувствовала его взгляд, но не отреагировала. Он завёл мотор и, дождавшись просвета в потоке, выехал на трассу.
— Ну, показывай поворот, всезнайка, — через пару минут сказал Иван.
Ольга открыла глаза, огляделась.
— Кажется, мы его проехали, — виновато прошептала она.
— Только не говори, что опять я виноват. Могла бы следить, — с укором ответил он. — Что дальше?
— Остановись здесь.
В этот раз Иван послушался. Мимо пролетела иномарка, сердито сигналя.
— Давай никуда не поедем, — вдруг сказала Ольга.
— Почему? — удивился он.
— Всё пошло не так. Не хочу продолжать, — призналась она.
— Вечно у вас эти «не хочу». Мы почти приехали, а ты предлагаешь развернуться? Не придумывай. Ольга, ты куда?! — воскликнул он, видя, как она открывает дверь.
— Я не поеду. Не хочу окончательно разругаться. А ты езжай, тебя ждут, — с сарказмом ответила Ольга и вышла, хлопнув дверью.
— Оля, хватит. Садись. Надо было сразу сказать, что не хочешь, — крикнул он ей.
— Я и говорила, — бросила она и отошла.
Иван вышел, подошёл, взял за локоть.
— Куда ты? Здесь трасса, опасно. Садись в машину.
— Твои друзья ждут. Поезжай. Я на автобусе. — Она вырвала руку.
— Последний раз говорю — садись, — сквозь зубы повторил Иван.
Ольга молчала.
— Как хочешь, — резко сказал он и вернулся к машине.
Дверь захлопнулась, заурчал мОн завёл мотор, машина рванула вперёд, оставляя её одну под холодным дождём, и только тогда Ольга поняла, что упрямство — это не сила, а слабость, за которую придётся дорого заплатить.