**12 октября. Дневниковая запись.**
Осень в этом году выдалась промозглой. После знойного лета – сплошной ветер да дождь, который то моросит, то хлещет, будто озлобленный. Возвращаясь с работы, я заскочила в «Пятёрочку» — передохнуть да купить чего-нибудь к ужину. Внутри тепло, светло, уютно. Взяла корзину, не спеша двинулась вдоль полок.
Лимоны, виноград. Представила, как устроюсь на диване, с чашкой чая, буду смотреть сериал, потягивать вино. Хотя нет — сначала надо взять чего-то сытного. Голодна как волк. У прилавка с мясными нарезками задумалась: колбаса или сосиски? Решила взять колбасу — не варить же. Тянусь к «Докторской», и вдруг — чья-то рука рядом. Та же самая палка.
Я отдёрнула ладонь, обернулась. Передо мной — мужчина. Высокий, чёрные волосы с благородной сединой, карие глаза, белые зубы. В чёрном пальто. Вообще мой тип.
— Извините, — улыбнулся он.
«Где это таких производят? — мелькнуло у меня в голове. — В обычных „Пятёрочках“ они не водятся». Я покраснела, отвернулась и быстро отошла к кассам. «Уставилась, как дура на новенького».
В отражении витрины с пивом увидела себя: волосы растрёпаны, лицо бледное. «Ну и краля… И зачем мне вообще думать, что он обо мне подумал?» Скидываю продукты на ленту. Рядом кто-то кладёт то же самое — и ту самую колбасу.
— У нас с вами похожие вкусы, — раздаётся мужской голос.
Оборачиваюсь — он.
— При чём тут вкусы? Обычный набор. У половины покупателей такой же, — буркнула я и отвернулась.
Оплатила, схватила пакет и вышла на улицу. Ветер ударил в лицо — словно говорил: «Нечего прятаться от жизни, девочка». За спиной — скрип двери.
— Погода не для прогулок. Вы тут рядом живёте? — спросил он.
Я насторожилась.
— Я на машине, могу подвезти.
«Маньяк? — пронеслось в голове. — Вряд ли. Хотя красивый, это да». Внутренний голос зашипел: «Дура! Садись, пока не передумал!»
— Если и маньяк, то красивый, — мысленно хохотнула я и кивнула.
Он открыл дверь.
— Улица Ленина, шестнадцатый, — сказала я.
— Знаю.
В салоне тепло, пахнет кожей и чем-то мужским.
— Я Иван, — представился он.
— Я Варя.
— Красивое имя. У меня в детстве была соседка Варей звали…
Замолчал. Я рассмеялась:
— И что, женились?
— Ну… это ж в детстве было.
Я вдруг заметила музыку. До этого её не слышала? Или просто не могла оторваться от его рук на руле — крепких, с чёткими сухожилиями.
— Какой подъезд? — спросил он.
Я аж вздрогнула — уже приехали?
Выскочила из машины, он догнал, сунул пакет.
— Спасибо! — бросила я и, не глядя, рванула к подъезду.
Долго копошилась с ключами. Зашла, обернулась — он стоял, ждал, пока я скроюсь.
В лифте взглянула в зеркало. «Боже, на кого я похожа? Такие мужчины не бывают свободными».
Два дня не заходила в магазин — боялась встретить. А на третий — увидела его машину у подъезда.
— Ждал, — сказал он просто.
— Зачем?
— Не знаю. Не мог забыть.
Я села в машину.
***
…Потом было кафе, разговоры, его объятия. Потом — его квартира. Потом — его признание, что он разведён.
— Жена пьёт, квартиру не могу забрать, — оправдывался он.
Я не поверила. Но бросить не смогла.
В больнице старшая медсестра, тётя Галя, выслушала и покачала головой:
— Всё ясно. Женат.
Она достала его адрес.
Я поехала. Дверь открыла блондинка — милая, аккуратная. Из комнаты раздался детский плач.
— Вы пропустили профосмотр, — ляпнула я.
— Разве? Никто раньше не приходил…
Через пять минут я знала: жена не пьёт. Живут они счастливо. Ждут второго.
…С Витей, хирургом, я познакомилась через неделю. Он был простой, добрый — не то что Иван.
Через год вышла замуж. Родила дочку.
А потом — случайно встретила его снова. В поликлинике.
— Варя, прости… — начал он.
Я перебила:
— Извините, спешу.
Вышла, села в машину. Витя включил старую песню:
*«Там, за поворотом…»*
Иван стоял у дверей. Смотрел.
Ночью я обняла мужа:
— Я тебя люблю.
Он удивился, обрадовался.
— Теперь буду говорить каждый день, — пообещала я.
**Вывод:** Дождь — и правда к счастью. Просто иногда оно приходит не с тем, кто заставляет сердце биться чаще, а с тем, кто держит тебя за руку, когда больно.