**8 октября**
Была тихая суббота. Я сидел на кухне, пил чай и смотрел в окно на осенний дождь, когда зазвонил телефон.
— Алло, Наташа? — раздался в трубке голос, от которого у меня перехватило дыхание.
Сердце застучало так громко, что, не будь телевизора, гулким эхом разнёсся бы по всей квартире. Я замерла, не в силах ответить. Голос продолжал:
— Я не могу больше. Каждый день думаю о тебе. Давай встретимся.
Я выскользнула из комнаты, прикрыла дверь и прислонилась к стене в прихожей. Ноги стали ватными, дрожали.
— Ты здесь? — настойчиво спрашивал он.
Надо было не брать трубку. Месяцами я пыталась стереть его из памяти, убеждала себя, что у меня крепкий брак, надёжный муж, дочь, стабильность. Но одно лишь его присутствие на том конце провода перечеркнуло все доводы.
Сергей, мой муж, был моим одноклассником. В школе его звали «Болконский» — за спокойный нрав, очки и любовь к книгам. Девочки не видели в нём объекта обожания — разве что списать контрольную. Мне нравились другие: бойкие, с дерзкой ухмылкой, за которыми бегали все.
Спустя годы мы случайно встретились в Питере. Он сменил очки на линзы, окончил МГУ, работал в серьёзной конторе. Обменялись номерами — «на всякий случай». Через неделю он позвал меня в кино.
— Сходи, а то останешься старой девой, — вздохнула мама.
Я пошла. Потом он сделал предложение. «Бери, лепи из него что хочешь», — сказала мама. Я согласилась.
Брак наш был тихим, как залив Невы в безветренный день. Ссорились редко, да и то из-за моих капризов. Родилась Алина. Бабушки души в ней не чаяли, баловали. Свекровь намекала на второго, но я не хотела.
Сергей был надёжным. Но в постели — как школьник: робко, невнятно. Друзья жаловались на гулящих мужей, а я слушала и думала: «Хоть мой не подведёт».
Алина выросла, поступила в Питер на дизайн. Звонила редко, деньги просила ещё реже — бабушки наперебой осыпали её подарками.
А полгода назад меня назначили заведующей поликлиникой. Работы прибавилось: совещания, конференции.
На одной из них я познакомилась с Кириллом. Высокий, с пронзительным взглядом, он выделялся среди толпы унылых докторов. Женщины вились вокруг него, но он выбрал меня.
Последний вечер конференции. Фуршет. Я собиралась уезжать, но коллега уговорила остаться: «Деловые связи не помешают».
Официоз, тосты. Водка лилась рекой. Я лишь пригубила, смеялась шуткам. Потом танцы. Я отошла в сторонку.
— Сбежим? — Кирилл взял меня за руку.
Мы ушли. Шли по коридорам гостиницы, он говорил о работе. Потом пригласил к себе — «выпить вина». Я согласилась. Почему? Не знаю. Может, потому что он смотрел на меня так, будто я единственная в этом зале.
А потом была ночь. Такая, после которой всё прежнее кажется серым. Утром он умолял остаться: «Чёрт с билетами, купим новые». Но я уехала.
Дома Сергей встретил меня на вокзале. Говорил о работе, но я не слушала. Вечером он потянулся ко мне, а я отвернулась: «Устала».
Шли дни. Я пыталась забыть Кирилла. Но вчера он позвонил.
— Я в «Астории». Приходи.
Я стояла в прихожей, сжимая трубку. Сергей спал.
— Никуда не пойду, — прошептала себе.
Но утром сорвалась. Прибежала на вокзал, когда поезд уже тронулся. Увидела его в окне. Он спрыгнул на ходу, обнял меня.
— Что теперь будет? — спросила я сквозь слёзы.
— Всё будет хорошо.
Поезд ушёл. Мы стояли, не разжимая рук.
**Вывод:** Любовь не спрашивает разрешения. Она приходит — и рушит всё на своём пути. Остаётся только выбрать: жить в покое или сгореть, но один раз.