Сводная сестра
Вика после работы заглянула в торговый центр. Скоро юбилей у главбуха, и отдел поручил ей выбрать подарок. Она присмотрела пару вариантов, сфотографировала на телефон, завтра покажет коллегам – что решат, то и купит. Спускаясь по эскалатору вниз, она мечтала поскорее вырваться из этой толкучки на свежий воздух.
— Вика! — окликнул её женский голос.
Она повернулась на звук, но среди поднимающихся вверх людей знакомых лиц не нашла.
— Вика! — повторили за её спиной.
Обернувшись, Вика увидела девушку с огненными волосами, которая, вопреки движению эскалатора, бежала вниз, расталкивая людей.
— Подожди внизу! Не уходи! — крикнула рыжая.
Вика сошла и стала ждать. Яркий рыжий цвет мелькнул наверху, а затем стремительно приближался. Девушка спускалась, перепрыгивая через ступени, и её волосы отвлекали всё внимание от лица.
— Марина! — ахнула Вика, узнав сводную сестру.
— Да, это я. Не ждала? Я по всему городу тебя искала, знала, что рано или поздно встретимся. Давай заглянем в кафешку, тут есть на первом.
— Ты давно в городе?
— Уже две недели. Как же я рада тебя видеть! — искренне улыбнулась Марина.
Они сели за столик. Вика разглядывала сестру: волосы, будто пламя, ресницы, густо прокрашенные тушью, торчали, как ёжиные иголки. Тонкие губы подчеркнуты помадой в тон волос. Лицо с мелкими чертами казалось кукольным, словно из мультфильма.
Марина была младше всего на четыре года, но выглядела подростком — худая, в короткой плиссированной юбке, чёрных гольфах поверх телесных колготок, белых платформах. Куртка-косуха расстёгнута, под ней — обтягивающий розовый топ.
— Ты замечательно выглядишь, — сказала Марина.
В этот момент официантка принесла меню. Марина тут же уткнулась в него глазами, заказала пиццу, пирожное и кофе. Вика ограничилась американо.
— Так есть хочется, что голова кружится. Тебе повезло — ешь что хочешь, не толстеешь. А мне вечно диеты, — вздохнула Марина.
— Да ладно? — Вика приподняла бровь. Она помнила Марину вечной худышкой.
— Ты мою мамашу не видела. Весила центнер, не меньше. Папаша от неё и сбежал. А у тебя гены хорошие. Интересно, тут пиво есть?
— Спроси, но я не буду, я за рулём.
— У тебя машина? Ого! А у вас на работе вакансии есть? Я пока без дела.
— И как ты две недели живёшь?
— Папашу обчистила, — хихикнула Марина. — Всё равно пропьёт. После твоего побега он в запой ушёл, с работы выгнали. Подрабатывал где мог, потом какую-то повариху привёл — таскала из столовой еду. Тут он и вовсе разошёлся.
Вика едва верила ушам. Хотя чего удивляться? Отчим ей всегда был противен. Мама тогда оправдывала его: «Ты просто ревнуешь». Вместе с ним в их дом пришла и Марина. Вика как раз в одиннадцатый класс перешла, готовилась к поступлению.
С Мариной они не сошлись сразу. Та таскала вещи Вики без спроса, пачкала. Мама заступалась: «У тебя много всего, не жадничай, она без матери росла». Вика понимала, что мама просто избегала ссор, но всё равно обижалась. А зимой маме поставили диагноз. Через четыре месяца её не стало.
Отчим ожидал, что Вика пойдёт работать, но она сбежала в областной центр. Ещё при маме копила деньги с обедов и кино. Поступила в институт, жила в общаге, по вечерам подрабатывала в «Бургер Кинг».
После учёбы устроилась менеджером, стала нормально зарабатывать. Во всём себе отказывала, через год взяла ипотечную однушку. С Сергеем встречалась с первых дней работы. Полгода назад он помог ей купить подержанную «Тойоту».
— А у тебя какое образование? — спросила Вика, возвращаясь к разговору.
— О чём ты? Где я, и где образование. Школу еле окончила, в ларьке торговала. А потом у папаши крыша поехала — запил так, что с работы выперли. Ты думаешь, зря я сюда приперлась? Нашёл себе такую же пропойцу, теперь бухают вместе. Терпеть больше не могла. Да и перспектив там ноль.
Вика усмехнулась. Ну да, у продавщицы ларька действительно никаких перспектив.
— И кем ты хочешь работать?
— Из меня классный секретарь получился бы. А директор у вас молодой?
— Не очень. И женат. Да и секретарша у него уже есть.
— Жаль. Только уборщицей не пойду, сразу говорю. — Марина жадно накинулась на принесённую пиццу.
— Если деньги нужны, какая разница — бумажки раскладываешь или полы моешь? Но я узнаю.
Вика и не думала устраивать Марину в их офис. Пусти козла в огород — сам потом не выдворишь.
— А с личной жизнью как? — спросила Марина. — Не замужем? Кольца не видно.
— Нет. Но есть парень. Два года вместе, скоро поженимся.
Вика слукавила. Да, они встречались два года, но не жили вместе. Сергей оставался у неё ночевать, но у него была больная мать, и он не мог её бросить. Поэтому и не торопился с предложением — не хотел грузить Вику уходом.
Марина скривилась.
— Я думала, ты умнее. Если за год не сделал предложения, вряд ли сделает. Или сразу, или никогда.
— Откуда такие мудрости? — Вика машинально потрогала колечко на пальце.
Марина заметила.
— Его? Скромненько.
Вике стало досадно. Марина любила всё броское, а ей нравилось это тонкое колечко с мелким бриллиантом. Сергей привёз его из командировки в Бельгию, в комплекте были серёжки-гвоздики. Камни сверкали при свете, коллеги часто делали комплименты. Разве это не доказательство его чувств? Но спорить она не стала.
— Это бриллиант.
— Значит, он богатый? — Марина даже перестала жевать.
— Нет, просто любит меня.
Марина странно посмотрела на Вику, затем опустила глаза.
— А у тебя парень есть?
— В активном поиске. Жила с одним… — вздохнула. — Мне абы кого не надо. Хочу обеспеченного, с жильём и машиной.
*«Вот зачем приперлась. Мужа ищет. Хотя в таком виде врядВика молча вышла из кафе, понимая, что отныне в её жизни навсегда останется тень сестры, которая так и не смогла стать родной.