Моя кровинушка
Анна души не чаяла в своём сыне и бесконечно им гордилась. Порой она с удивлением ловила себя на мысли, что этот статный двадцатичетырёхлетний парень — её собственный сын. Как быстро пролетели годы! Казалось, только вчера он был маленьким, а теперь уже взрослый мужчина с девушкой, и, возможно, скоро создаст свою семью… Она уверяла себя, что готова к этому, примет любой его выбор, лишь бы сын был счастлив.
И как же он похож на неё…
***
Замуж она вышла рано — на втором курсе института, по большой любви. Мать отговаривала:
— Куда ты спешишь? На стипендию жить собралась? Хотя бы до диплома доучись. А если дети? Аня, одумайся, любовь никуда от тебя не денется. Да и твой Серёжа — ещё то сокровище…
Но Анна не слушала и злилась. Как мама может не понимать, что без любимого жизнь теряет смысл? В итоге она настояла на своём и вышла замуж. Коллега матери предложила молодым крохотную квартирку, оставшуюся от её покойной бабушки. Денег не взяла — пусть только коммуналку платят. Какие у студентов доходы?
Квартира, конечно, была старой, без ремонта лет тридцать. Зато почти задаром. Анна считала это везением. Она отдраила полы, развесила занавески, подаренные матерью, накрыла потрёпанный диван своим пледом. Жить можно.
Разочарование в браке и в муже наступило слишком быстро. И как же больно было признать, что мама, как всегда, оказалась права. Уже через три месяца Анна недоумевала: как она могла так ошибиться в Сергее? Ослепла, что ли?
Деньги у него не задерживались — тут же тратил на новые кроссовки или куртку. Тусил с друзьями до ночи, а утром не мог встать на пары. Его вообще не волновало, на что они с женой будут жить? Где она возьмёт деньги на еду?
Анна терпела, ничего не рассказывала матери. Но та и так всё видела и старалась помочь — подкидывала продукты, давала денег.
А Сергей тем временем всё чаще приводил домой друзей. У него же своя квартира! Вечно голодные студенты опустошали холодильник, съедая даже то, что приносила мама.
Однажды утром муж открыл холодильник и удивился:
— Где всё?
— Твои друзья вчера сожрали, не помнишь? — зло бросила Анна.
— И сырники тоже? — уточнил он.
Вряд ли их под водку употребили.
— И котлеты, и сырники, и макароны, даже кетчуп и лимон. Всё. — Она развела руками.
Сергей закрыл холодильник, позавтракал чаем с засохшей коркой хлеба, случайно завалявшейся в хлебнице.
Анна не выдержала и высказала ему всё. Если ему плевать на жену, которая моет горы посуды и вытирает пол после его гостей, то хоть маму бы уважал! Она тратится на них, а он кормит её продуктами своих друзей. Хоть кто-то из них деньгами помог? Принёс хоть буханку хлеба? Ведь у половины родители присылают и деньги, и посылки с домашними заготовками…
Муж извинялся, клялся, что больше так не будет. Но через неделю, в пятницу, друзья снова валили в гости и опустошали холодильник, словно стая саранчи.
— Всё, хватит. Не могу больше, — сказала Анна, понимая, что ставит крест на браке.
Друзья перестали приходить. Зато и Сергей теперь пропадал где-то с ними. А потом и вовсе начал ночевать не дома. После очередной ссоры, услышав, что она «нытица и зануда», Анна собрала вещи и ушла к матери.
— Куда делась любовь? — рыдала она у мамы на плече.
— Просто ты поторопилась. Серёжа ещё не нагулялся, — утешала та, гладя её по голове.
Вернувшись, Анна узнала, что беременна. За ссорами и переживаниями она забывала пить таблетки. Мама уговаривала сделать аборт, пока срок маленький. Говорила, что одной растить ребёнка — тяжкий труд.
Но Анна снова не послушала. Сергею она не сказала. Развелись быстро. Мальчика, которого назвали Володей, она родила уже после института. Поддавшись уговорам матери, сделала тест на отцовство — чтобы потом не было споров — и подала на алименты. Сергей не отказался, исправно платил, хотя сына так ни разу и не увидел.
Анна же души не чаяла в ребёнке, отдавала ему всю себя, всю нерастраченную любовь. О новых отношениях и слышать не хотела — если родной отец не проявил интереса, разве чужой мужчина полюбит её сына? Мама помогала, но они всё чаще ссорились из-за нежелания Анны устраивать личную жизнь. Втроём в маминой квартире стало тесно.
Неожиданно повезло. Перед смертью бабка Сергея оформила квартиру на Анну и внука. Видно, совесть заела за поведение сына. Анна хотела отказаться, но Сергей сам настоял — мол, всё равно уезжает, неизвестно, когда вернётся.
Она переехала от мамы, и ссоры прекратились.
Анна ещё молода, а у неё уже взрослый сын. Окончил университет, работает. Сейчас молодёжь рано уходит из дома, но её Володя не торопился…
***
Анна так углубилась в воспоминания, что не заметила, как сын вернулся с работы.
— Мам, я дома! — крикнул он из прихожей.
Она вскочила, поставила чайник, начала накрывать на стол. Потом сидела, подперев щёку ладонью, и смотрела, как он ест.
— Мам, мне надо тебе кое-что сказать, — вдруг отвлёк её Володя, отодвинув тарелку.
— Что случилось? — встревожилась Анна.
— Ну… да. Я женюсь.
— Вот так новость! А я уже испугалась. Рада за тебя, сынок. Катя будет хорошей женой…
— Я женюсь не на Кате. Мы расстались. Я люблю Лену.
Анна замерла.
— Давно ты с ней? Ты мне о ней не рассказывал.
— Месяц.
— И после месяца ты решил жениться? Ты её даже не знаешь! — вспыхнула Анна.
— Я её люблю. Мы уже подали заявление.
От этих слов её сердце сжалось. Паника поднялась внутри, дыхание перехватило. Она думала, что готова ко всему, но вот так — без разговоров, без её мнения? «Дыши, — уговаривала себя Анна, — просто дыши».
Вспомнился случай из детства. Они шли из садика, Володя споткнулся о камень, разбил коленку и заревел. Анна утешала его,А потом с силой пнула камень — «Вот тебе, из-за тебя мой сынок плачет!» — а сейчас хотелось пнуть эту Лену, но вместо этого она сжала кулаки и спросила: «Когда познакомишь?» — и в этот момент поняла, что её мальчик больше не принадлежит ей.