**Наладить личную жизнь**
— Мам, ну что ты так переживаешь? Денис сказал, что любит меня. Мы поженимся, мам, — Люба была спокойна, будто всё давно решила.
— Как не переживать? Ты беременна, не замужем, институт ещё не окончила, а твоего парня я в глаза не видела! Ты думаешь, ребёнок — это копеечная игрушка? Пусть этот Денис сегодня же явится сюда и, глядя мне в глаза, пообещает взять на себя ответственность, поняла?!
— Да не кричи ты так, я думала, ты обрадуешься внуку. Сейчас я Дениса приведу, он с работы скоро вернётся, у меня ключ от его комнаты в общаге. Лучше там подожду, а то ты нервничаешь, — обиженно сказала Люба и выскользнула из дома, размахивая лёгкой сумочкой.
Ольга Ивановна схватилась за сердце, тяжело опустилась на табурет и взглянула на портрет мужа.
— Вот она, безотцовщина! — прошептала она фотографии. — Ой, Ваня, что ж ты нас с Любкой так рано покинул? Не уберегла я дочку, скороспелкой она вышла. А если парень от неё отвернётся? Как жить-то будем? Зарплата у меня копеечная, а кто Любу беременную на работу возьмёт, да и учёба ещё полгода. Ой, беда!
Ольга Ивановна уткнулась в передник и заплакала. Вся тяжесть жизни свалилась на её плечи ещё в молодости. Муж погиб на стройке, когда дочери было всего два года. Жили они на окраине города. Как трудно ей тогда пришлось, знали только одна подруга да соседи. Самый вкусный кусочек она всегда отдавала малышке. А теперь, когда жизнь, казалось, наладилась, дочь преподнесла такой сюрприз.
— Ладно, надо тесто замесить, как-никак зять придёт. Эх, Люба, Люба…
Когда стол был накрыт, Ольга Ивановна переоделась в нарядное платье и взялась за вязание, чтобы отвлечься от тревожных мыслей.
Вдруг в прихожей хлопнула дверь, и в дом вошла Люба. Мать заглянула ей за спину, но никого не увидела.
— А где зять? Неужто за дверью оставила?
— Был да сплыл, — всхлипнула Люба. — Бросил он меня.
— Как так? — Ольга Ивановна от неожиданности опустилась на стул.
— А вот так! Уволился, собрал вещи и уехал в неизвестном направлении. Так комендант общаги сказал…
Люба стояла растерянная, слёзы катились по её щекам. Стать матерью-одиночкой она не планировала.
— Что мне теперь делать, мама?
Ольга Ивановна хотела напомнить дочери, что предупреждала её, но передумала. Ведь материнское сердце — не камень.
— Рожать, что ещё делать. Само не рассосётся, — сказала она. — Когда ждать прибавления?
— В июле, как раз успею диплом получить, — вздохнула Люба и провела рукой по животу.
…Люба родила точно в срок. Девочку назвали Настей. Так и стали они жить втроём, как три берёзки у дороги.
Малышка росла крепкой и весёлой, с умными глазёнками. Ольга Ивановна души в ней не чаяла, а вот мать относилась к Насте с холодком. Та, как назло, была вылитый Денис — такая же рыженькая, кудрявая и с зелёными глазами.
— Мама пришла! — шестилетняя Настя, завидев Любу в окно, неслась к двери, чтобы обнять её.
— А что ты мне принесла? — девочка повисла на руке у матери и с надеждой смотрела в лицо.
— Ничего, — угрюмо ответила уставшая Люба.
— А почему? Ты же обещала мороженое!
— Отстань! Я устала! — Люба стряхнула Настю с колен и ушла в спальню.
Настя застыла посреди комнаты и расплакалась. Она так ждала маму, а та её оттолкнула. А в садике ещё заставили рисовать семью. Настя нарисовала троих: себя, маму и бабушку. Ребята засмеялись и сказали, что у неё «безпапная» семья.
Ольга Ивановна бросилась утешать внучку, но та заходилась в истерике.
— Где мой папа? Почему мама злая?! — кричала Настя, захлёбываясь слезами.
Ольга Ивановна лишь прижимала её к себе:
— Не у всех есть папы, внученька. Подумаешь, мы и без него справимся. Нам пирогов больше достанется. Собирайся, за мороженым сходим.
Услышав заветное слово, Настя начала успокаиваться.
— И маме тоже купим?
— И маме.
В их доме 8 Марта всегда отмечали с размахом. Как-никак одни женщины. Стол ломился от угощений, Люба приводила подруг, все дарили подарки. Но в этот раз она привела не подружек, а мужчину. Причём предупредить мать забыла.
На пороге стоял солидный мужчина в дорогом костюме, явно старше Любы.
— Мама, это Виктор. Мой начальник. Его переводят в другой город на повышение. Мы поженимся.
— Что? — Ольга Ивановна замерла на месте.
— Ой! Это мой папа? — Настя, выглядывавшая из комнаты, вся сияла.
— Нет, девочка, я не твой папа, — усмехнулся Виктор. — Вот, держи куклу.
Настя отвернулась и не взяла подарок. Этот человек ей сразу не понравился.
Вечер прошёл вяло. Виктор даже не пытался понравиться семье, а Люба суетилась, стараясь угодить будущему мужу, и постоянно одёргивала дочь.
— Сиди ровно! Не ёрзай! Что дядя Витя подумает? — шипела она.
Ольга Ивановна молчала, чувствуя себя лишней. Виктор же явно наслаждался своей значимостью. Говорил в основном он, а Люба поддакивала.
— Наша компания показала отличные результаты. Я скоро стану директором филиала. Но он в трёх тысячах километров отсюда. Придётся переезжать. Люба едет со мной. Нас ждёт двухэтажный дом с садом.
— И я поеду? Там хороший садик? — спросила Настя.
Виктор промолчал, многозначительно взглянув на Любу. Та быстро сменила тему.
— Мама, как работа? Может, уволишься, пора отдохнуть.
— До пенсии далеко, а жить на что будем?
— Мы с Виктором будем тебе помогать.
— Зачем? — насторожилась Ольга Ивановна.
— Девочка, иди поиграй в комнате, — приказал Виктор, выпроваживая Настю.
Та посмотре— Мама, мы не берём Настю с собой, — призналась Люба, опуская глаза, — Вот устроимся, тогда и заберём.