Ветер шептал в улочках тихого городка Лебедянь, укутывая его в тёплый вечерний сумрак. Владимир шагал домой после работы, усталый, но всё ещё бодрый. В прихожей его встретила жена, Светлана, с улыбкой и ароматом свежепожаренных котлет.
— Привет, поешь? Я котлеты только что сняла со сковородки, — сказала она, поправляя фартук.
— Конечно, — ответил Владимир, скидывая ботинки. Он достал из кармана связку ключей и небрежно швырнул их на тумбочку.
Светлана заметила среди них незнакомый ключ и, прищурившись, спросила:
— А этот откуда?
— Бабушка уехала в санаторий на три недели, — пояснил Владимир, потирая затекшую шею. — Попросила присмотреть за её квартирой, ключ оставила.
Вдруг глаза Светланы загорелись хитрой, почти дьявольской искоркой. Она хлопнула в ладоши и воскликнула:
— Ну всё, теперь моя очередь!
Владимир замер, не понимая, что происходит. Его жена, всегда такая рассудительная, выглядела так, будто задумала нечто грандиозное.
— О чём ты? Что за очередь? — спросил он, чувствуя лёгкий холодок по спине.
Светлана лишь загадочно улыбнулась, но в её взгляде читалась твёрдая решимость.
Несколько недель назад их жизнь перевернулась. Вернувшись после поездки к родителям Светланы, они обнаружили свою квартиру неузнаваемой. Обои в коридоре, которые они так тщательно выбирали, были заменены на кричаще-красные, с узором, будто нарисованным пьяным художником. Мебель в гостиной стояла в хаотичном порядке: шкаф торчал посреди комнаты, а диван упёрся в окно, убивая весь уют.
— Это что за беспорядок?! — Светлана, потрясённая, едва не уронила сумку.
Владимир заглянул в квартиру и почувствовал, как у него подкашиваются ноги.
— Кто это сделал?! — Светлана задыхалась от гнева, её пальцы сжимались в кулаки. — Это же не наш дом!
— Успокойся, — Владимир положил руку ей на плечо, стараясь говорить ровно. — Давай разберёмся.
Но чем больше они осматривали квартиру, тем яснее становилось: это дело рук его бабушки, Галины Петровны.
Месяц назад та устроила им настоящий «домашний аудит». С порога она принялась критиковать всё:
— Какие-то у вас обои блёклые, как в больнице! — возмущалась она. — Надо что-то повеселее, чтобы жизнь играла красками!
— Нам нравится, — сдержанно ответила Светлана, стиснув зубы.
— Это потому что у вас вкуса нет! — отрезала Галина Петровна. — И мебель у вас стоит как попало! Шкаф должен быть в углу, а не посередине комнаты! А этот диван вообще не на месте!
Светлана хотела возразить, но Владимир лишь покачал головой — спорить с бабушкой было бесполезно. В итоге она ушла, оставив после себя тяжёлую атмосферу. Они вздохнули с облегчением, надеясь, что на этом всё закончилось.
Но потом им пришлось уехать на юбилей к тёще, а их кот, Бася, не мог остаться один. Владимир предложил попросить Галину Петровну присмотреть за ним. Светлана была против:
— Ты ей ключи отдашь?! Она же опять начнёт хозяйничать!
Но выбора не было. Скрепя сердце, она согласилась, подробно объяснив свекрови, как ухаживать за котом. Каждый день звонила проверять, но Галина Петровна отмахивалась: «Всё нормально» — и быстро клала трубку.
Когда они вернулись, то поняли: бабушка не просто кормила кота — она устроила им «ремонт» по своему вкусу.
— Что будем делать? — устало спросила Светлана, разглядывая новые обои.
— Мебель вернём, обои переклеим, — вздохнул Владимир. — Позвонить ей, поругаться?
Светлана вдруг улыбнулась, и в её глазах вспыхнул огонёк.
— Не надо. Я придумала кое-что лучше. Твоя бабушка ведь скоро в санаторий?
Владимир кивнул.
— Вот и отлично, — прошептала Светлана.
Когда Галина Петровна уехала, Светлана схватила ключ и засмеялась.
— Наконец-то я ей всё верну!
Три недели они упорно «улучшали» бабушкину квартиру. Светлана выбрала обои в мелкий невзрачный цветочек — полную противоположность любимым ярким ромашкам Галины Петровны. Владимир переставил мебель: шкаф из спальни отправился в коридор, а стол оказался под самым окном.
Когда бабушка вернулась, она застыла на пороге, будто её ударили током.
— Что вы натворили?! — завопила она, тут же набирая номер внука. — Где мои ромашки?! Это что за блёклая тряпка?! Кто вам разрешил?!
Владимир невозмутимо ответил:
— Мы решили, что тебе нужны более спокойные тона. В твоём возрасте нервничать вредно.
— Это шутка?! — визжала Галина Петровна. — Вы с ума сошли?! Немедленно всё верните!
— А вот теперь представь, что чувствовали мы, когда ты так же «улучшала» нашу квартиру, — холодно сказал Владимир.
В трубке воцарилась тишина. Видимо, впервые за долгие годы Галина Петровна поняла, что её действия имеют последствия.
С тех пор она больше не лезла в их жизнь. А Светлана, довольная, наконец вздохнула свободно — их дом снова стал только их.