— Девчонка! Эй, стой! — крикнул парень в кепке, догоняя Алевтину. Та обернулась и присмотрелась к его головному убору. Где-то она его уже видела…
— Фух! Да ты бегаешь, как олимпийский чемпион! — отдыхался парень, опершись о колени. Кепка свалилась на асфальт. — Я… Тихон. Тихон Игнатьевич Крутов. По паспорту звучит солидно, а так — просто Тиша…
Аля нагнулась за кепкой и тут же столкнулась лбом с Тихоном.
— Ай! Ну ты даёшь! — вспылила она, потирая лоб.
— Постой! Извини, нечаянно. Ты… ты не сестра Миши Назарова? — спросил он, нахлобучивая кепку. — Я тебя в детстве видел, ты была вот такая… — показал он пальцами крошечный рост.
— Да ты что, с ума сошёл? — фыркнула Алевтина. — Когда я была такой, тебя и в проекте не было! Чего тебе надо?
— То есть ты не Катя Назарова? — Тихон огорчённо прикинул на пальцах её предполагаемый детский рост.
— Нет. Я Алевтина Соколова. Пока! — Она развернулась к метро, но парень не отставал.
— Ну вот, познакомились! Я — Тиша, ты — Аля, отлично же? А чего такая сердитая? Давай сумку помогу донести! — Он потянулся к сетке, но девушка отпрянула, будто он хотел её обокрасть.
— Да иди своей дорогой! А-а-а, поняла! — догадалась она. — Ты так с девушками знакомишься, да? Оригинально! Но…
— Видишь, тебе уже интересно! — обрадовался Тихон. — Давай поклажу, я картошку твою не съем. Сам на даче копаюсь, нам своего хватает. А я, между прочим, много чего знаю! Почему самолёты летают, откуда молния берется, как пятно от варенья вывести…
Он хотел продолжить, но Аля вдруг рассмеялась и сунула ему сумку.
— Ты “Детскую энциклопедию” наизусть выучил? — спросила она.
— В том числе. Я с бабкой живу, Ниной Фёдоровной. Она у меня — просветительница! Книги, радиоспектакли, лекции в парке… Всё в меня вложила. Могу рассказать, как цыплят выводить, фикусы размножать или сифон чинить…
— Скукота! Мороженое будешь? — Але всё больше нравился этот болтун в кепке.
— Не, спасибо. Лактозу не переношу. Но тебе куплю! — крикнул он продавщице. — Вафельный рожок!
— Откуда знаешь, что я люблю ванильное? — удивилась Аля, перехватывая его руку с деньгами и расплачиваясь сама.
— Эй, да что ты! Я же угощаю! — возмутился Тихон.
— Меня бабка научила: “Самостоятельность — главное качество женщины!” — передразнила она строгий голос. — Я и так в долгу — сумку тащишь.
— А моя бабка говорила: “Мужик без дела — как муравей без соломинки”. Вот так-то! — парировал он. — Твоя, конечно, молодец, метро строила, медали имеет…
— Метро — это серьёзно, — согласился он, резко меняя тему. — А ты знаешь, почему дует ветер?
— Ну ты даёшь! — Аля закатила глаза. — Тёплый воздух поднимается, холодный…
— Не-не-не! — перебил Тихон. — Ветер — потому что деревья качаются! Так мне бабка объяснила, когда мне три года было. И ничем её не переубедишь!
Он увлёкся рассказом о снежинках под микроскопом, но вдруг осознал, что Аля свернула за угол.
— Эй! Куда ты?! У меня же твоя картошка! — Тихон рванул вдогонку, кепка прыгала на голове, монеты гремели в кармане.
— Ну где ты, ходячая Википедия? — дразнила его Аля.
— Я не Википедия! — обиделся он. — Я — кладезь знаний! Бабка так и представляет меня своим подружкам: “Внук у меня — энциклопедия ходячая”. И давай забрасывать вопросами! Как помидоры спасти от заморозков, как гладиолусы хранить… А у них и дач-то нет! Просто хвастаются потом перед соседями!
— Ну и не отвечай! — рассмеялась Аля.
— Не могу! Бабка авторитет подорвет. Если сказала, что я всё знаю — значит, должен знать! — Тихон вздохнул. — А потом ещё правнуки у этих бабок подросли — с хомяками, попугаями… И все ко мне: как кормить, как лечить…
— Повезло, — заметила Аля.
— Чему?
— Детство интересное было. Меня дома держали, стихи заставляли учить, в музеи только по будням водили…
Разговорились. Оказалось, Тихон каждое лето проводил у деда на даче — дрова колол, грядки полол, на Оке купался. Аля же ездила в “Орлёнок” — строго по расписанию, под надзором вожатых.
— Вот наш дом, — показала она на жёлтую высотку. — Бабка с балкона следит.
Тихон задрал голову, кепка слетела.
— В синем халате, видишь?
Он поклонился. С десятого этажа ему кивнули в ответ.
— До квартиры проводить? — спросил он.
— Не надо. И так расспросов будет на вечер. — Аля протянула руку. — Спасибо, Тихон Игнатьевич.
— Да я… вон, моя бабка тоже на балконе, с биноклем! — засмеялся он. — Пойду отчитываться: где был, кого видел…
Они не могли расстаться, а в это время две бабушки изучали друг друга через бинокль.
— Тишенька! — крикнула Нина Фёдоровна, когда внук зашёл в квартиру. — Кто эта девушка?! Её бабка на меня свысока смотрит!
— Это моя будущая жена, — твёрдо заявил Тихон. — И если будешь возражать, все твои подружки пусть сами утюги чинят. Ясно?
Бабка притихла. Если внук так уверен — значит, всё серьёзно. Интересно, а петунии на том балконе сами сажали или наёмные садовники?…
Через три года они поженились. Как жить счастливо — не знали, но верили, что разберутся. Главное, чтобы бабки были живы-здоровы… и не слишком вмешивались.