Николай сидел в кресле, уставленно глядя в пол. В висках стучало после ссоры, а в груди ещё клокотала злость. Он чувствовал себя виноватым и одновременно обиженным. Вечером он пришёл домой поздно, измотанный бесконечными совещаниями и отчётами. Голова гудела от цифр и дедлайнов. Увидев разбросанные вещи, он не сдержался.
— Света, ну сколько можно?! — сорвался он на крик. — Неужели трудно навести порядок?
Голос гулко разнёсся по комнате, и Николай сразу почувствовал, как воздух между ними стал ледяным. Светлана ответила ровным, безразличным тоном, но он заметил, как её глаза блеснули от слёз. Хотел смягчить слова, но они застряли в горле. Вместо этого вылил на неё всю усталость и раздражение.
Света сидела на краю кровати, крепко сжав кулаки. Сердце колотилось так, будто хотело выпрыгнуть из груди. Вчера казалось, что всё наладится, а сегодня — опять. Очередная ссора, очередные упрёки.
— Почему?.. — прошептала она, чувствуя, как от ярости темнеет в глазах. — Почему они считают, что мы им что-то должны?
Каждый день — одно и то же. Николай ждёт, что она будет стирать, убирать, готовить, словно у неё нет других дел. А если попробует объяснить, что тоже устаёт — в ответ крик, обиды, упрёки. Её взгляд скользнул по куче грязного белья, отложенного на завтра. Но сейчас это казалось мелочью. В ушах звенели его слова: «Тебе заняться нечем?», «Вечно ты только о себе!» Обычные фразы, но сегодня они резали особенно больно.
— Я не обязана! — прошептала Светлана, сжимая зубы. В зеркале напротив отразилось её уставшее лицо, но глаза горели решимостью. — Я работаю не меньше него. Мои деньги — мои!
Она вспомнила, как купила те самые сапоги, на которые копила три месяца. Радость длилась недолго. Как только он узнал, начался скандал. «Эгоистка! Ты вообще о нас думаешь?!» — эти слова до сих пор жгли душу.
Но хуже всего было то, что он даже не пытался понять. Видел только своё: разбросанные носки, невымытую посуду — и сразу в крик. Все эти мелочи копились, как снежный ком, грозя раздавить их отношения.
— Хватит! — резко сказала она вслух. — Я заслуживаю большего. Не хочу быть прислугой. Хочу жить для себя, а не ради чьих-то прихотей.
Света встала и подошла к окну. Решение созрело. Терпеть больше нет сил. Нужно вырваться, пока не поздно.
— Завтра, — твёрдо решила она. — Завтра скажу всё. Пусть сам стирает свои рубашки. Пусть почувствует, каково это — остаться одному.
Ночь прошла в тревожных мыслях. Но теперь они были о будущем. Она представляла, как будет жить без оглядки: тратить деньги на себя, встречаться с подругами, не оправдываясь за каждую копейку. Впервые за долгое время почувствовала лёгкость, несмотря на предстоящий разговор.
Утром она проснулась раньше будильника. Взгляд упал на аккуратно сложенные на стуле вещи. «Последний раз», — подумала Света, убирая их в шкаф. Сегодня начнётся новая жизнь. Пусть страшно — но это путь к настоящему счастью. К тому, чтобы её наконец любили, а не использовали.