В одном уютном городке жила да была женщина по имени Василиса Семёновна. Жизнь её текла размеренно и, как ей казалось, весьма достойно. Семьи не сложилось, детей не случилось, зато была собственная квартира, где царили безупречный порядок и уют. Работа тоже неплохая — главный бухгалтер на кондитерской фабрике.
Так и дожила Василиса Семёновна до пятидесяти лет, довольная собой и своей судьбой. Особенно на фоне соседей, чьи жизни казались ей эталоном беспорядка. Ведь она-то человек порядочный, никому зла не делает, да и вообще живёт правильно.
А соседи… Ох, эти соседи! На одной площадке с ней обитала, к примеру, бабушка лет шестидесяти с лишним. И представьте себе — волосы выкрашены в ядовито-розовый! Ну смех же один! Пенсионерка, а ходит в рваных джинсах и футболках с черепами. «Где же её совесть?» — возмущалась про себя Василиса Семёновна, гордо поправляя свою скромную кофточку в горошек.
Третья соседка — вообще позор. Девчонке всего двадцать, а уже с ребёнком! Да и малышке лет пять — значит, родила, когда ещё в школе сидела. И никаких родителей у неё нет, живёт одна с дочкой. И что самое ужасное — дружит с той самой розововолосой бабулей! Пока девушка на работе, старушка с ребёнком сидит.
«Ну конечно, — мысленно качала головой Василиса Семёновна, — птицы одного полёта. А меня стороной обходят — видимо, при виде порядочного человека стыдно».
Ну и последний жилец — мужчина лет тридцати, весь, как холст художника-авангардиста, разрисованный татуировками. «Ну разве так можно?! — негодовала Василиса Семёновна. — Лучше бы книжки читал, а не кожу портил!»
Так и жила она, тихо осуждая всех вокруг, пока однажды вечером не случилось нечто непредвиденное. Возвращаясь с работы (где, кстати, обнаружилась недостача, и, естественно, виновата оказалась она), Василиса Семёновна почувствовала себя плохо. Голова раскалывалась, в ушах звенело, ноги стали ватными.
Еле добравшись до подъезда, она опустилась на лавочку. И вдруг — лёгкое прикосновение к руке. Перед ней стояла та самая розововолосая чудачка.
— Вам плохо? Что случилось? — участливо спросила та.
— Голова… кружится… — прошептала Василиса.
— Сейчас помогу! Давайте к Сергею поднимемся, он сегодня дома. Он врач.
— К какому Сергею? — удивилась женщина.
— Ну как же, Сергей! Ваш сосед, кардиолог! Неужели не знали?
Дверь открыл тот самый «разрисованный» мужчина, которого Василиса Семёновна считала последним человеком на свете. Он измерил ей давление, напоил чаем, дал таблетку — и вскоре ей стало лучше.
— Обязательно к врачу! — строго сказал Сергей. — Давление — штука коварная, даже для таких юных барышень, как вы.
— Спасибо… — промямлила Василиса, вспоминая, как называла его «позором района».
Вернувшись домой, она прилегла, размышляя, что, возможно, ошиблась насчёт соседей. И тут — стук в дверь. На пороге стояла розововолосая бабушка с маленькой Светкой, дочкой той самой «непутевой» девушки.
— Проведать вас решила! — улыбнулась соседка. — Простите, что с ребёнком, Лена на работе… Давно хотела познакомиться, но вы всегда так строго смотрите!
За чаем выяснилось, что «чудачка» всю молодость ухаживала за больной матерью, не выучилась, не вышла замуж, а сейчас «отрывается» — краПосле этого вечера Василиса Семёновна перестала судить окружающих и даже покрасила волосы в ярко-каштановый, а вскоре весь подъезд дружно отмечал её юбилей — с пирогами, которые она научилась печь у той самой “непутевой” Лены.