В одном городке жила-была женщина по имени Зоя Сергеевна. Жизнь у неё, как она считала, сложилась вполне прилично. Да, семьи не получилось, детей не случилось, зато своя уютная двушка в хрущёвке, где всё блестело, как на картинке из журнала «Квартирный вопрос». Да и работа — главный бухгалтер на фабрике «Мягкий уголок», где делали диваны для всей области.
Тихо и размеренно дожила Зоя Сергеевна до пятидесяти, частенько сравнивая себя с соседями — и, надо сказать, сравнение было в её пользу. Особенно на фоне остальных обитателей их лестничной клетки.
Вот, например, Галина Борисовна с третьего этажа. Даме за шестьдесят, а она, представьте себе, выкрасила волосы в цвет электрик! И ходит в рваных джинсах и футболках с какими-то иностранными надписями. «Ну кому в её годы это надо? — думала Зоя Сергеевна. — Стыдоба!»
А уж про Лену и говорить было неудобно. Двадцать два года, а уже с пятилетней дочкой на руках. «Где же родители смотрели? — вздыхала Зоя Сергеевна. — Наверное, ещё в школе умудрилась…»
Но больше всех её раздражал сосед Витек. Мужчина в самом расцвете сил — а весь, как холст художника-авангардиста: руки, шея, даже часть лица в татуировках. «Ну разве так можно?! — мысленно возмущалась Зоя. — Всё, больше нечем выделиться, кроме как кожу изуродовать!»
Так и текла её спокойная жизнь — между работой, вечерними чаепитиями в одиночестве и редкими телефонными разговорами с подругой, где главными темами были «эта выряженная старуха», «малолетняя мамаша» и «тот тип с наколками».
Но однажды вечером всё перевернулось. Зоя Сергеевна возвращалась с работы в ужасном настроении — нашли недостачу, и, конечно, виноват бухгалтер. Голова раскалывалась, ноги стали ватными, а в ушах зашумело, будто в трубе гулял ветер.
Она еле доплелась до подъезда и рухнула на лавочку. Вдруг кто-то осторожно тронул её за руку. Перед глазами мелькнули синие пряди — это была та самая «неадекватная» Галина Борисовна.
— Вам плохо? — спросила она с искренней тревогой.
— Голова… — прошептала Зоя.
— Сейчас к Вите сведём. Он дома, он врач.
— К какому Вите?! — Зоя Сергеевна едва не лишилась чувств ещё и от этого известия.
— Да наш же сосед! Кардиолог, между прочим.
Пришлось подняться на этаж — и вот он, весь в татухах, с тонометром в руках, меряет ей давление, укладывает на диван, даёт таблетку… И — о чудо! — через полчаса голова прояснилась.
— Обязательно к терапевту сходите! — улыбнулся Витя, когда Зоя пришла в себя. — Давление — штука коварная, даже для таких юных леди, как вы.
Зое Сергеевне стало неловко. Вот она осуждала его за внешность, а он, оказывается, людям жизнь спасает…
Тут в дверь постучали. На пороге стояла Галина Борисовна с маленькой Лизой — дочкой той самой «малолетней мамаши» Лены.
— Проверить решила, как вы, — сказала соседка. — Да и познакомиться давно хотела, а вы всё в сторонке держитесь.
Зоя неожиданно для себя пригласила их на чай. И вот за разговором выяснилось, что Галина Борисовна всю молодость ухаживала за больной матерью, а Лена — и вовсе не мать Лизы, а старшая сестра. Их родители погибли в аварии, и девчонке пришлось бросить институт, чтобы растить сестрёнку.
…После их ухода Зоя Сергеевна долго сидела на кухне, разглядывая свою чашку. Завтра, решила она, надо предложить Лене погулять с Лизой. И волосы покрасить — в рыжий, пожалуй. И пирогов напечь, чтобы Вику поблагодарить.
А то вдруг и правда — не судить бы по одёжке?