— Доброе утро, — пробормотала Алина, заходя в кабинет и плюхаясь в кресло. Включила компьютер, взгляд уловил за окном серые тучи, сливающиеся с дождливым небом. На коллег даже не посмотрела.
— Доброе, — отозвались Света и Катя, переглянулись и пожали плечами. Обычно Алина — душа компании, чьё дружелюбие в отделе стало притчей во языцех — сегодня сидела, сжав губы, будто весь этот дождь за окном пролился прямо в её душу.
В их кабинете работали втроём: Алина, тридцатилетняя мама сына, замужем, тихая и аккуратная; Света — постарше, тридцать шесть, двое детей, боевая и неутомимая; и Катя — младшая, двадцать семь, живёт с парнем, замуж ещё не собирается. Света, как самая старшая, всегда инициировала перерывы и беседы.
— Девочки, может, кофе? — не выдержала она тишины и направилась к кофемашине. — Сейчас всё будет.
— Давай, — поддержала Катя. Алина молчала.
Через пару минут Света вернулась с подносом и тремя чашками. Раздала всем. Алина кивнула, но ни слова благодарности, ни взгляда. Катя попыталась разрядить обстановку:
— Спасибо, Свет! Ты у нас просто королева кофеварок.
Они со Светой засмеялись, а Алина едва заметно дрогнула уголками губ. Света, не выдержав, выдохнула:
— Алина, ну скажи, что случилось? А то я уже думаю — может, мы тебя чем-то задели?
— Да нет, — покачала головой Алина, — просто дома тяжко. Даже не дома… с роднёй.
— Опять Лариса? — нахмурилась Катя. — Слушай, ну сколько можно… забивай вообще. Такое в себе держать — только хуже.
— А как забить, если мы буквально через стену живём. Два дома на одном участке. Серёга мой, как всегда, делает вид, что ничего не замечает. А его брат Коля — нормальный, спокойный. Но вот Лариска… это просто беда. Вчера я сорвалась. Высказала ей всё, что накопилось. Теперь сама не знаю, как дальше жить бок о бок.
Когда Алина вышла замуж за Сергея, его отец построил во дворе два одинаковых дома: один — старшему сыну Коле, другой — младшему Серёге. После свадьбы молодые поселились в своём доме, а по соседству — Коля с женой Ларисой. Но не прошло и недели после торжества, как грянула беда: родители Сергея и Коли погибли в автокатастрофе. Братья остались одни, в одном дворе, с семьями.
Сначала всё шло неплохо. Обе семьи почти одновременно обзавелись детьми. Казалось, жизнь течёт параллельно, в ладу. Но постепенно Алина начала чувствовать, насколько они с Ларисой разные.
Лариса — шумная, вспыльчивая, вечно недовольная. Алина же — тихая, любит спокойствие, уют, утренний кофе под музыку в одиночестве. Сергей — тоже сдержанный, уравновешенный. В этом плане они идеально подходили друг другу.
— Я никогда не любила шумные тусовки. Моя семья — это мой мир, — делилась Алина с коллегами. — Мне хорошо с мужем и сыном, нам не нужен кто-то ещё.
А Лариса считала иначе.
— Мы же одна семья, должны держаться вместе! Какая-то у тебя странная отстранённость, — твердила она.
Но если бы дело ограничивалось словами… Лариса с самого начала вела себя так, будто двор — её личная вотчина. Влезала в дела Алины и Сергея без спроса. Могла ввалиться в дом, не постучав, даже когда Алина кормила или укладывала ребёнка.
— Ой, думала, ты уже свободна! Ладно, не буду мешать! — и хлопала дверью.
В выходные, когда Алина вставала пораньше, чтобы насладиться тишиной, Лариса появлялась у окна, как по расписанию:
— Кофе пьёшь? Налей и мне, я щас! — и через минуту уже сидела на кухне.
— Иногда мне просто хочется побыть одной… — говорила Алина мужу. — А она будто нарочно всё время нарушает мой покой.
Но сказать прямо — не позволяла совесть. Воспитание. Хотя даже Коля, муж Ларисы, не раз делал ей замечания:
— Лар, ну оставь ты Серёгу с Алиной в покое. Тебе бы самой не понравилось, если бы к тебе так лезли.
Однажды вечером, после тяжёлой недели, Алина заказала на ужин суши. Маленький праздник — сын закончил четверть на одни пятёрки. Только она вышла за заказом, как из соседнего дома вылетела Лариса:
— Суши?! Ты заказала суши и мне не сказала?! Почему ты всегда всё скрываешь?! — и обрушила на неё поток упрёков.
Алина растерялась, Сергей попытался успокоить ситуацию, но Лариса устроила скандал на весь двор. Коля увёл её домой, но крики ещё долго доносились через стену. Алина закрыла дверь и расплакалась.
— Почему я должна с ней согласовывать каждый шаг?! Это наш ужин, наш вечер! Я ни перед кем не обязана отчитываться! — вырвалось у неё сквозь слёзы. — Она вечно лезет, контролирует, шумит. А мы просто хотим тишины.
На следующее утро она пришла на работу опустошённой. Рассказала всё коллегам. Те только разводили руками.
— Десять лет так терпеть? — всплеснула руками Света. — Я бы на твоём месте давно поставила её на место.
— У тебя своя семья. Муж, сын. Остальное — пусть хоть трижды «одна семья» — не твоя забота, — добавила Катя.
— Да… — вздохнула Алина. — Я всегда молчала. Всегда терпела. Но теперь… хватит. В следующий раз скажу всё как есть. Несмотря ни на что.
За окном всё ещё моросил дождь. Но внутри Алины впервые за долгое время стало светлее. Потому что она наконец поняла: она имеет право на тишину. И на свой мир. Без чужих криков за стеной.