Тайна старого письма: любовь сильнее прошлого
Артём вернулся со стройки уставший. Летом он подрабатывал, чтобы не обременять мать. Через год закончит институт, устроится на нормальную работу, женится на своей любимой Кате.
«Мам, может, на выходные в деревню махнём? Отдохнём, я на рыбалку сбегаю», — предложил он, допивая чай.
«Я сама собиралась сказать, сынок, — ответила Ольга, поправляя скатерть. — Думала, ты устаёшь, не до поездок. Может, продадим дом? Если никто там не живёт, он развалится. После гибели отца мы туда не ездили. Если он вам не нужен, деньги на свадьбу пригодятся».
«У Катиных родителей дача под Питером, — кивнул Артём. — Я согласен. Давай продадим. В пятницу вечером поедем».
«И Катю возьмём», — добавила Ольга.
Артём каждое лето проводил у бабушки в деревне. После её смерти родители приезжали туда отдыхать, даже пробовали сажать картошку. Но когда отец погиб, мать забросила дом.
В пятницу они ехали на автобусе. Артём смотрел в окно, Катя дремала, положив голову ему на плечо. Дорога занимала час, но в июльской духоте время тянулось медленно. Наконец автобус остановился на окраине села. Пассажиры спешно выходили, хватая сумки. Артём спрыгнул на землю, вдохнув знакомый запах сена.
«Бедный, вся рубашка мокрая», — пожалела его Катя.
«Ничего, — улыбнулся он. — Дойдём, оставим вещи и сразу на речку».
Они шли по улице, игнорируя любопытные взгляды бабулек на лавочках. Те кивали, но не спрашивали, куда идут — в деревне так не принято. Артём нёс сумки, наслаждаясь прохладой после душного салона.
Двор зарос лопухами и крапивой. «Смотри под ноги», — предупредила Ольга. Катя вскрикнула, прижавшись к Артёму. Ржавый замок поддался с третьего раза. Они вошли в прохладную избу и замерли.
«Как будто вчера уехали», — прошептала Ольга, глядя на знакомые стены.
Артём узнал всё: пожелтевшие фото в рамках, его детские рисунки, занавески в цветочек. На кроватях лежали стопки подушек под вязаными покрывалами. Посреди комнаты стоял стол, застеленный потёртой клеёнкой.
«Уютно, — сказала Катя. — Не жалко продавать?»
«Я разберу вещи, — распорядилась Ольга. — Артём, принеси дров, они у сарая. Катя, осмотрись пока».
Дом ожил. В печи затрещали берёзовые поленья, на столе появились гречка, сахар и гематоген. Старая плитка с открытой спиралью шипела. Артём принёс воды из колодца, Ольга поставила чайник. Когда стало жарко, открыли окна. Артём с Катей ушли купаться.
Ночью скрипели половицы, будто дом жаловался на одиночество. Утром Ольга приготовила завтрак, а потом отправила молодых на чердак разбирать хлам, сама занявшись комодом.
«Фу, сколько паутины!» — Катя прижималась к Артёму под низкими балками. На верёвках висело бельё, забытое ещё бабушкой. Хлама было много, но ничего ценного. Они сбросили вниз стопку старых журналов, подняв клубы пыли. Катя заметила выпавший листок.
«Артём, иди сюда!» — позвала она.
«Что там?» — он заглянул через плечо. «Письмо?»
«Послушай», — Катя начала читать.
«Здравствуй, Игорь. Что случилось? Ты обещал приехать, поговорить с родителями и забрать меня. Прошёл месяц, а от тебя ни слова. Я не знаю, что думать, извелась вся. Хотела сказать при встрече, но напишу сейчас: я жду ребёнка. Будь мама жива, она бы меня поддержала. А тётя… Не уверена, что обрадуется, увидев мой живот. Родной, приезжай скорее…»
Девушка писала о любви и тоске. В конце стояла подпись — Наталья.
«И что? — пожал плечами Артём. — Обычное письмо».
«Ты не понимаешь, — вздохнула Катя. — Это не просто письмо. Тебя зовут Артём Игоревич, да?»
«Ну да», — кивнул он.
«А письмо адресовано Игорю. Дошло?» — Катя смотрела серьёзно.
«Может, мама знает», — задумался Артём.
«Подожди! — остановила его Катя. — Письмо написала Наталья, а не твоя мама. Почему его спрятали? Зачем хранили?»
«Точно, ты как Шерлок Холмс, — усмехнулся Артём. — Ладно, спросим у бабы Груни. Она всё про деревню знает».
«А где она живёт?» — спросила Катя.
«На краю села, в синем доме. Мам!» — крикнул он, спускаясь вниз.
«Чего?» — отозвалась Ольга, вытирая пыль с шкафа.
«Баба Груня ещё жива?» — спросил Артём.
«Должна быть, — ответила Ольга. — А тебе зачем?»
«Хочу расспросить про нашу семью. Мы скоро вернёмся».
Они вышли. Дом бабы Груни стоял покосившийся, но с аккуратными занавесками. Пока они колебались, дверь скрипнула, и на пороге появилась старушка в платочке.
«Ко мне, что ли?» — спросила она.
«Баба Груня? — громко сказал Артём. — Я Артём Волков, сын Игоря и Ольги Волковых».
Старушка прищурилась. «Заходите, чайник как раз закипел».
В избе пахло травами. «Ну, рассказывайте, зачем пришли», — сказала баба Груня.
Катя прочла письмо. Артём смотрел, как старушка качает головой.
«Ольга не с вами, значит, вы ей не сказали. И правильно».
Она замолчала, потом начала: «Ольга была красавицей. Парни за ней толпами ходили. Но она любила только твоего отца. Он ушёл в армию, а она ждала. Вернулся — и сразу свадьбу сыграли. Тогда вся деревня гуляла».
Баба Груня вздохнула. «После свадьбы они уехали в город. Ольга работала бухгалтером, Игорь — на заводе. Приезжали только на выходные. Помню, осенью мать твоего отца сидела у окнаОни сидели за столом, и Катя вдруг поняла, что прошлое осталось позади, а впереди у них — только будущее, которое они построят вместе.