Вот как в кино, только по-нашему
Лиза обожала сериалы про любовь и грезила о такой же красивой истории, как в кино. Но жизнь текла тихо в маленькой деревушке под Костромой, где ни страстей, ни неожиданных поворотов.
Замуж за Димку она вышла, думая, что это навсегда. Но Димка, вечный фантазёр, не собирался остепеняться. Привёл её в свой домишко, а через три года заявил:
— В Питер уезжаю. Надоело тут, душа рвётся к большому.
— Ты что, Дима? У нас же всё хорошо, — растерялась Лиза.
— У тебя хорошо, а у меня — нет.
С этими словами он исчез, прихватив паспорт и потрёпанный рюкзак. Деревня тут же зашепталась:
— Димка Лизу кинул, в город подался. Наверное, там баба появилась.
Лиза молчала. Не ревела, не жаловалась, осталась в его доме. Идти некуда — у родителей сестра с детьми ютится. Детей у неё не было.
— Видно, Бог решил, что Димка — не отец, вот и не дал мне ребёнка, — думала она, глядя на соседских малышей.
Каждый вечер, закончив дела, Лиза садилась перед телевизором. Смотла сердце разрывающие мелодрамы, пропускала всё через себя, а потом ворочалась до утра.
Утро начиналось с забот: покормить поросёнка, кур, телёнка Витьку — в стадо не отпускала, боялась, что заблудится.
— Лиза! — крикнула соседка. — Витька твой сорвался, по улице носится!
— Где?! — выскочила она. Телёнок бодал забор, цепляя рожками свежепокрашенные доски.
— Витька, иди сюда, — звала она, суя хлеб. Тот лишь мотал головой. — Ну чтоб тебя! — в сердцах крикнула Лиза. Витька рванул в сторону, распугав деревенских гусей.
Неизвестно, сколько бы это длилось, если бы не дядя Серёжа. Он ловко поймал верёвку, подтянул телёнка и привязал. Лиза смотрела на его руки — сильные, в мозолях, под застиранной рубахой угадывались крепкие плечи. И вдруг ей страстно захотелось, чтобы эти руки обняли её.
Она смутилась:
— Что за глупости? Как девчонка…
Дядя Серёжа — её ровесник, рыжий, всегда с шуткой. Жил с Надей, крепкой хозяйкой, через два дома. Не её это всё.
— Никогда раньше такого не было, — подумала она, отводя глаза.
С Димкой развелась сразу после его побега. Были ухажёры, даже сватались, но никого не хотела. Жила одна, недолюбленная.
Серёжа вытирал руки о траву, а Лиза вдруг сказала:
— Заходи, руки помоешь.
Он молча пошёл за ней. Она чувствовала его взгляд в спину.
Потом заметила, что он смотрит иначе. Удивилась:
— Что с ним?
Он вытер руки, ещё раз глянул на неё — долгим взглядом — и ушёл.
С тех пор между ними будто ток пробежал. Когда Серёжа проходил мимо, Лиза краснела. Он стал ходить через её двор, хотя раньше дорогу сокращал иначе. Лиза начала вставать на рассвете, будто для прополки, но знала: ждёт встречи. Их глаза находили друг друга, и в его взгляде читалось что-то тёплое, почти нежное.
Она гнала мысли:
— Надя увидит — всему селу расскажет.
Но Серёжа всё ходил, смотрел жарко. Лиза отвечала лёгкой улыбкой. Ей казалось, это как в сериале — без конца и ясного финала.
Как-то раз подметала двор:
— Привет, Лизка, — раздался знакомый голос.
Она обернулась. Димка. Тот же наглый прищур, щетина, ухмылка.
— Вернулся. Пустишь?
— Что, в городе не сложилось?
Сердце не дрогнуло. Любовь выгорела.
Димка вернулся в свой дом. Лиза впустила — деваться некуда. Ночью задвинула шкаф к двери. Он ютился в другой комнате, почти не появлялся, пропадал с друзьями.
Серёжа ходил хмурый. Но однажды увидел, как Лиза лезет в окно, и глаза загорелись:
— Значит, не простила.
Утром, вылезая, она наткнулась на ступеньку. Под окном лежали две сбитые доски.
— Кто бы это… — удивилась она.
Серёжа ночью сколотил опору, чтобы ей было удобно. С Надей он не расписывался, но жили вместе. Детей не было, он нянчил её дочку от первого брака. Надя сама пришла к нему после гулянки, осталась, потом привела ребёнка.
Наступила зима. Димка, промотав деньги, снова сбежал в город. Лиза вздохнула свободно. А у Серёжи горе — Надя заболела. Крепкая женщина сгорела за месяц. Мать забрала внучку, Серёжа ухаживал, но Надю увезли в больницу. Она не вернулась.
Хоронили всем селом.
— Суровая была, но душа золотая, — вздыхала баба Таня.
Серёжа остался один. По утрам Лиза видела, как он чистит снег у её дома, поглядывая на окна.
Весной она вернулась с работы — дверь открыта. На кухне сидела дородная женщина, хлебала чай с её вареньем.
— Не ждала? — появился Димка. — Мы с Катькой теперь тут. Дом мой.
Катька захихикала. Лиза решила переночевать. Снова задвинула шкаф.
— Господи, за что? — шептала она. — Может, к тёте Гале…
Утром выносила вещи. Подошёл Серёжа, молча взял мешки и понёс к себе. Димка с Катькой переглянулись.
— О, любовь! — фыркнул Димка. — Смотри-ка, Серега таскает её пожитки.
Серёжа взял Лизу за руку и повёл к себе.
— Пока я в городе был, тут драма разыгралась, — буркнул Димка. Катька ткнула его локтем.
В доме Лиза разрыдалась — от счастья, от облегчения. Он подхватил её на руки. Потолок поплыл, и они были счастливы.
Серёжа и Лиза расписались быстро. Ждут ребёнка. Димка иногда пялится из-за забора, но Лизе всё равно. За её спиной — Серёжа, её крепость.