Как он посмел? История одной трещины в браке
– Хватит с меня! – Иван ударил кулаком по столу, так что тарелки задрожали. – Чтобы я её больше не видел!
– Ты это серьёзно? – Мария подняла на мужа тёмные глаза, голос дрожал от гнева. – А то, что я здесь живу и могу звать кого хочу, тебя не волнует?
– Пока живёшь, – огрызнулся он.
– Вот как?..
– Всё сказал, – Иван резко поднялся, опрокинув стул, и хлопнул дверью.
Мария осталась одна. Сердце билось так, что звенело в ушах. Его слова резали, как нож. *«Пока живёшь»…* Да как он смеет?!
Света – её подруга с детства. Они вместе бегали по лужам в Подольске, прятались от дождя под одним плащом, спали у друг друга, вытаскивали из таких передряг, что сейчас вспоминать – только смеяться. А теперь Иван требует, чтобы Мария вычеркнула её из жизни?
Почему? Потому, что Света не замужем? Потому, что не сидит дома с кастрюлями, а живёт, смеётся, ходит на свидания? Ну и что, если ей дарят подарки кавалеры? Это её выбор, её правила.
Мария рассказывала Ивану про их с Светкой приключения. Раньше он смеялся! А теперь вдруг запрещает? На каком основании?
Она вошла в зал, решив разобраться до конца.
– Иван, мы не договорили. Объясни, что Света тебе сделала?
– Мне? – он усмехнулся. – Да пустое! Просто хватит таскать её сюда.
– Говори прямо.
– Ты и правда не понимаешь? – он вскочил, будто готов был выбежать на улицу прямо в тапочках. – Твоя Светка – ветреница. Мужиков меняет, как перчатки. Живёт за чужой счёт. А ты с ней дружишь – значит, одобряешь.
Мария от неожиданности даже моргнула:
– Ты рехнулся?! Я люблю тебя, мне никто не нужен!
– Конечно, любишь. А сама завидуешь – и Светке, и своей Ольге!
Мария вспыхнула:
– При чём тут Оля?!
– А при том, что и её в моём доме быть не должно!
Мария замерла. Всё стало ясно. Оля, младшая сестра, когда-то попала в громкую историю. Долго встречалась с мужчиной, верила, что он разведётся. А оказалось – женат, двое детей. Когда правда вскрылась, родня осуждала Олю. Но потом – сюрприз: мужчина уехал с семьёй в Питер и… оставил ей однокомнатную в центре.
Тут все вдруг замолчали. Кто-то даже сказал: «Хоть по-джентльменски поступил». Мария, конечно, рассказала Ивану – и, видимо, не смогла скрыть восхищения.
– Ну что, молчишь?! – Иван вывел её из оцепенения.
– Оля взрослая. Сама решает, с кем быть и что принимать.
– Конечно! Квартира – и ладно. А ты разве не завидуешь? Глаза у тебя горели, когда рассказывала!
– Чушь. Представь, у тебя есть друг, который крутит романы, таскает девиц по ресторанам. А твой же брат, отец двоих детей, дарит одной из них жильё. Тебе было бы приятно?
– Мне всё равно. Это их жизнь, – тихо ответила Мария.
– Вот и ладно. Но в моём доме им больше не место. Ни твоей Светке, ни Оле!
Мария не стала спорить. Она зашла в ванную, включила воду и заплакала. От бессилия, от боли, от того, что самый близкий человек не просто не понимает – он осуждает. Судит по своим домыслам, не видя в ней ту, что каждый день рядом – варит суп, слушает, поддерживает. Для него она – лишь отражение чужих поступков.
Что теперь? Развод? Или молча смириться и предать тех, кто был рядом всю жизнь? Выбора будто и нет. Но мысль, что она предаст саму себя, была страшнее всего.