«Люда, Господи помилуй, у тебя и так четыре квартиры, на кой тебе ещё одна? А нам с матерью куда — под забор?» — кричала я сестре, когда узнала, что она задумала отнять нашу родовую квартиру. Это повесть о том, как сестрина жадность едва не оставила нас с матушкой без крыши над головой и как я отчаянно боролась за наше право остаться в родных стенах.
**Родовое гнездо и его история**
Наша семья испокон веков жила в просторной трёхкомнатной квартире в самом сердце Москвы. Эти стены ещё мои родители получили по ордеру в брежневские времена, и с тех пор квартира стала для нас настоящим крепостью. Здесь мы с Людкой росли, здесь мать одна поднимала нас после смерти отца. Квартира старинная, но уютная, с лепниной на потолках и дубовыми полами. Мы с матерью до сих пор тут живём, хоть обои уже ветшают, а паркет поскрипывает.
Старшая сестра Люда давно съехала. Удачно вышла за олигарха, и за годы накопили они целое состояние. У неё уже четыре квартиры: две сдаёт буржуям, одну купила для сына-студента, а в четвёртой сама с мужем рассекает на мерседесах. Я никогда не роптала на её богатство, даже радовалась её успехам. Но недавно она заявила, что хочет прибрать к рукам наше родовое гнездо.
**«По закону положено»**
Всё началось с её визита. За чаем с пряниками завела она разговор: «Маманька, тебе ведь тяжело на пятый этаж без лифта подниматься. Давайте продадим эту развалюху, а я вам с Веркой что-нибудь новенькое подыщу». Я остолбенела: «Как продадим? Где мы жить-то будем?» Люда хладнокровно ответила, что это «её законная доля» и она имеет право на часть наследства. Мол, квартира записана на нас троих, и она хочет своё.
У меня земля из-под ног ушла. Во-первых, мать-то ещё жива — о каком наследстве речь? Во-вторых, Люда прекрасно знает, что у нас с матерью и трёх рублей лишних нет, а её «новенькое» — это конура на окраине. Я взорвалась: «Да у тебя целый дом — ипотёка! На кой тебе ещё наши стены?» Сестра же твердила про «выгодные инвестиции» и «рыночную стоимость», но я-то видела — просто захотелось ей прибрать всё, как в детстве последнюю конфету.
**Слёзы матери и разрыв**
Мать, услышав наш перепал, расплакалась. Она всегда нас делила поровну, но тут даже её терпение лопнуло: «Людмила, совесть-то у тебя есть? Эти стены — вся моя жизнь». Но сестра, как стена кирпичная: «Не хочу ссор, но подам в суд, если по-хорошему не договоримся».
Я окаменела. Мы с Людой никогда душа в душу не жили, но такого подлого удара не ожидала. Уговаривала её, говорила, что с моей учительской зарплатой и матросиной пенсией нам не выкупить даже сарай. Но сестра лишь брезгливо махнула рукой: «Сама как-нибудь выкручивайтесь».
**Как быть дальше?**
Теперь сижу, как на иголках. Судиться — разоримся на адвокатах, да и мать с сердцем не выдержит. Но и отдавать родовые стены не намерена. Предложила Люде выплатить её долю, но она назвала сумму, которую мне и за жизнь не скопить. Мать ночами плачет, клянётся, что скорее умрёт, чем покинет родные стены.
Не знаю, что делать. Может, попытаться ещё раз достучаться до её зачерствелой души? Или сразу к прокурору бежать? Если кому доводилось бывать в такой переделке — подскажите, как сохранить и кров, и семью. Очень нужен совет…